Страница 103 из 114
И ныне: «Ни от гроба Твоего не отойду, Чадо Мое, / ни прекращу проливать слезы, Раба Твоя, / доколе и Я не сойду во ад: / ибо не могу терпеть разлуки с Тобою, Сын Мой!»
Песнь 9
Ирмос: Невозможно людям увидеть Бога, / на Которого не смеют полки Ангелов взглянуть; / но чрез Тебя, Всечистая, / стало видимым для смертных Слово воплощенное. / Его величая, / мы вместе с небесными воинствами / Тебя восхваляем.
«Радость ко Мне никогда не приблизится отныне», / – рыдая, восклицала Непорочная, – «Свет Мой и Радость Моя во гроб зашла; / но не оставлю Его одного, / здесь же умру и погребена буду с Ним!»
«Душевную Мою язву / ныне исцели, Чадо Мое», / – со слезами Пречистая взывала, – / «воскресни и утоли Мою муку и печаль, / ибо Ты можешь все, Владыка, и творишь, что хочешь, / хотя и был погребен добровольно!».
Слава: «О, как утаилась от Тебя бездна милосердия!» – / Матери втайне изрек Господь, – / ведь благоволил Я умереть, Мое творение спасти желая; / но и воскресну, и Тебя возвеличу, / как Бог неба и земли!»
И ныне: «Воспеваю милосердие Твое, Человеколюбец, / и поклоняюсь богатству милости Твоей, Владыка: / ибо желая спасти Твое создание, / Ты принял смерть», – возгласила Пречистая, – / «но Воскресением Твоим, Спаситель, / помилуй всех нас!»
Также вместо «Достойно есть:» повторяем ирмос: «Невозможно людям увидеть Бога:» После Трисвятого Кондак: Придите все, Распятого за нас воспоем: И обычное окончание малого повечерия. Полунощницу же поем в кельях.
ВО СВЯТУЮ И ВЕЛИКУЮ СУББОТУ
НА УТРЕНИ
Начало обычное, шестопсалмие, великая ектения и на Бог Господь:
Тропари, глас 2
Благородный Иосиф, / с древа сняв пречистое тело Твое, / чистым полотном обвив / и помазав благовониями, / в гробнице новой положил.
Слава: Когда сошел Ты к смерти, Жизнь бессмертная, / тогда ад умертвил Ты сиянием Божества. / Когда же Ты и умерших из преисподней воскресил, / все Силы Небесные взывали: / «Податель жизни, Христе Боже наш, слава Тебе!»
И ныне: Женам-мироносицам / представ у гробницы, Ангел восклицал: / «Миро приличествует мертвым, / Христос же явился тлению неподвластным».
И начинаем петь Непорочны и похвалы, глас 5, совершая каждение в начале каждой статии.
Благословен Ты, Господи, / научи меня повелениям Твоим.
Блаженны непорочные в пути, / ходящие в законе Господнем.
Ты – Жизнь, Христе, во гробе был положен / и Ангельские воинства поражались, / прославляя снисхождение Твое.
Блаженны исследующие свидетельства Его, / всем сердцем они взыщут Его.
Жизнь, как Ты умираешь? / И как во гробе обитаешь, / но царство смерти разрушаешь / и из ада мертвых воскрешаешь?
Ибо не делающие беззакония / пошли по путям Его.
Величаем Тебя, Иисусе-Царь, / и почитаем погребение и страдания Твои, / которыми Ты спас нас от тления.
Ты заповедал заповеди Твои / сохранить твердо.
Определивший размеры земли, / Ты сегодня вмещаешься в тесном гробе, / Иисус, Царь над всем, / из гробниц умерших воскрешая.
О, если бы направлялись пути мои / к сохранению повелений Твоих!
Иисусе Христе мой, Царь всего, / что ища сошел Ты к находящимся во аде? / Не затем ли, чтобы освободить человеческий род?
Тогда я не постыдился бы, / взирая на все заповеди Твои.
Владыка всех видится мертвым / и в новом гробе полагается / Опустошивший гробницы мертвых.
Я прославлю Тебя в правоте сердца, / когда научусь судам правды Твоей.
Ты – Жизнь, Христе, во гробе был положен, / и смерть погубил смертью Своею / и источил миру жизнь.
Повеления Твои сохраню; / не оставь меня до конца.
Как злодей Ты к злодеям был причислен, Христе, / оправдывая всех нас / от злодеяния древнего запинателя.
В чем исправит юноша путь свой? / В сохранении слов Твоих.
Совершенный красотою среди всех людей, / как мертвец, не имеющий вида являешься, / Ты, украсивший природу всего.
Всем сердцем моим я взыскал Тебя, / не отринь меня от заповедей Твоих.
Как вынесет ад Твое пришествие, Спаситель, / и не скорее ли он сокрушится, омрачаемый, / ослепленный сиянием блеска Твоего света?
В сердце моём я скрыл изречения Твои, / чтобы не согрешить пред Тобою.
Иисус, сладкий мой и спасительный свет, / как Ты во мрачном гробе скрылся? / О, невыразимое и несказанное терпение!
Благословен Ты, Господи; / научи меня повелениям Твоим.
Недоумевает невещественное естество, Христе, / и множество бесплотных о таинстве / неизъяснимого и несказанного Твоего погребения.
Устами моими я возвестил / все суды уст Твоих.
О, необычайные чудеса! О, дела небывалые! / Дарующий мне дыхание бездыханным относится, / погребаемый руками Иосифа.
На пути свидетельств Твоих я насладился, как во всяком богатстве.
Хотя и во гроб зашел, Ты Христе, / но никак не отлучился от Отеческих недр, / – это вместе необычайно и дивно.
О заповедях Твоих буду рассуждать, / и уразумею пути Твои.
Истинный Царь и неба и земли, / хотя и в теснейшем гробе Ты был затворен, / но все творение узнало Тебя, Иисусе.
В повеления Твои буду вникать, / не забуду слов Твоих.
Когда был Ты положен во гробе, Создатель-Христос, / поколебались основания ада / и открылись гробницы смертных.
Воздай рабу Твоему, оживи меня, / и сохраню я слова Твои.
Держащий землю в руке, умерщвленный по плоти / под землею ныне удерживается, / от тесноты ада избавляя мертвых.
Открой очи мои, / и уразумею чудеса из закона Твоего.
Из тления взошел Ты, жизнь моя, Спаситель, / когда умер и к мертвым пришел, / и сокрушил засовы ада.
Поселенец я на земле: не скрой от меня заповедей Твоих.
Как светильник светлый / ныне плоть Бога под землей, как под сосудом скрывается, / и гонит пребывавшую во аде тьму.
Возжаждала душа моя, / желая судов Твоих во всякое время.
Стекается невещественных воинств множество, / чтобы с Иосифом и Никодимом / похоронить Тебя, Невместимого, в тесном гробе.
Ты укротил гордых; / прокляты уклоняющиеся от заповедей Твоих.
Добровольно умерщвленный и положенный под землею, / Ты, Иисусе мой, Источник жизни, / оживил меня, умерщвленного преступлением горьким.
Сними с меня поношение и презрение, / ибо свидетельств Твоих я взыскал.
Изменялось все творение от Твоих страданий, / ибо всё Тебе, Слово, сострадало, / зная Тебя, Удерживающего все.
Ибо вот, сели князья и на меня клеветали, / раб же Твой рассуждал о повелениях Твоих.
Приняв во чрево Камень Жизни, / всепожирающий ад извергнул мертвых, / которых поглотил от века.
Ибо и свидетельства Твои – занятие моё, / и советники мои – повеления Твои.
В гробнице новой Ты положен, Христе, / и обновил природу смертных, / воскреснув, как подобает Богу, из мертвых.
Приникла к земле душа моя; / оживи меня по слову Твоему.
На землю Ты сошел, чтобы спасти Адама, / и на земле не найдя его, Владыка, / до самого ада сошел, его ища.
Пути мои я возвестил, и Ты услышал меня; / научи меня повелениям Твоим.
Приходит в смятение от страха вся земля, Слово, / и звезда утренняя лучи сокрыла, / когда Ты, Величайший Свет, землею был сокрыт.
Дай мне понять путь повелений Твоих, / и буду рассуждать о чудесах Твоих.
Как смертный, Ты Спаситель, добровольно умираешь, / но как Бог воскресил умерших / из гробниц и глубины грехов.
Задремала душа моя от нерадения: / укрепи меня в словах Твоих.
Слезные сетования над Тобою, Иисусе, / матерински проливая, взывала Чистая: / «Как погребу Тебя, Сын?»
Путь неправды удали от меня, / и законом Твоим помилуй меня.
Как пшеничное зерно, погрузившееся в недра земли, / Ты принес плодородный колос, / воскресив смертных, происшедших от Адама.
Путь истины я избрал, / и судов Твоих не забыл.
Под землю Ты ныне был скрыт, как солнце, / и ночью смерти был объят, / но воссияй еще светлее, Спаситель!
Я прилепился к свидетельствам Твоим; / Господи, не постыди меня!
Как солнечный круг луна закрывает, / так и Тебя, Спаситель, гроб ныне сокрыл, / затмившегося смертью по плоти.
Путь заповедей Твоих я пробежал, / когда Ты расширил сердце моё.
Жизнь, вкусившая смерти, Христос, / от смерти людей освободил, / и всем ныне дарует жизнь.
Положи мне, Господи, законом путь повелений Твоих, / и буду искать его постоянно.
В древности умерщвленного из зависти Адама / Ты возводишь к жизни умерщвлением Твоим, / явившись, Спаситель, во плоти как новый Адам.
Вразуми меня, и исследую закон Твой, / и сохраню его всем сердцем моим.