Творения

Случилось так, что Константин, благочестивейший император, отвратил римское государство от ложного идолослужения и подчинил его и себя Всемогущему Господу Богу нашему Иисусу Христу, обратясь к нему всем сердцем вместе с подвластными ему народами. Потому он сделался знаменитее всех прежних правителей и превзошел своих предшественников как славой, так и добрыми делами. Пусть же Ваше Величество не медлит в научении подвластных вам королей и народов знанию о едином Боге, Отце, Сыне и Святом Духе, дабы могли вы превзойти древних королей вашего рода по славе и заслугам. Побуждая ваших подданных очиститься от грехов, вы и сами сможете менее беспокоиться о собственных ваших грехах перед Страшным Судом Господним.

Наш преподобнейший брат епископ Августин, воспитанный в монашеских правилах, полон знанием Святого Писания и милостью Божьей прославлен добрыми делами; посему с готовностью внимайте всем советам, что он вам дает, исполняйте их и храните в памяти. Если вы прислушаетесь к тому, что он говорит от имени Всемогущего Бога, то и сам Всемогущий Бог прислушается к его молитвам, возносимым за вас. Если же, упаси Бог, вы пренебрежете его советами, то что заставит Всемогущего Бога слушать его молитвы за вас, если он увидит ваше непослушание тому, что говорится от Его имени? Посему помогайте ему всем сердцем в делах праведных и присоедините к его трудам власть, возложенную на вас Господом, дабы Он мог даровать вам долю от Царствия Своего, если вы распространите веру Его в вашем королевстве.

Кроме того, мы хотим, чтобы Ваше Величество знали, что близится конец света, как о том говорят слова Всемогущего Бога в Святом Его Писании, и грядет уже Святое Царство, которому не будет конца. С приближением конца света нам грозит многое из того, чего не было ранее; будут волнение в воздухе, и ужас с небес, и внезапные бури, и войны, и голод, и чума, и землетрясения в различных местах [279]. Не все из этих событий случатся в наши дни, но все они придут вслед за нашими днями. Поэтому, если вы увидите какие–либо из них в вашей земле, не падайте духом; ведь все эти знамения конца света посылаются нам в предостережение, дабы, когда придет Судия, мы были бы приуготовлены к его встрече нашими добрыми делами. Мы пишем об этом вкратце, славнейший сын, но когда вера в вашем королевстве укрепится, наши с вами сношения станут более постоянными, и мы сможем обсудить это все подробнее по мере того, как радость в нашем сердце умножится полным обращением вашего народа.

Посылаю вам скромные дары, которые не должны казаться вам скромными, ибо с ними вы получаете благословение блаженного апостола Петра. Пусть Всемогущий Бог довершит начатое Им через вас доброе дело [280] и продлит жизнь вашу на много лет, а в положенное время примет вас в Своем Небесном Царстве. Да хранит вас милость Господня, господин наш и сын.

Дано в десятый день до июльских календ, в девятнадцатом году царствования государя нашего, благочестивейшего августа Маврикия Тиберия и в восемнадцатом году после консульства того же государя, в четвертый индиктион» [281].

ХХХIII. Как Августин восстановил храм Спасителя и основал монастырь блаженного апостола Петра, и о Петре, его первом аббате

После того как Августин, как мы уже сказали, сделался епископом в королевской столице, он с помощью короля восстановил там церковь, которая, как ему сообщили, была построена в древние времена верующими римлянами [282]. Он освятил ее во имя святого Спасителя, Господа Бога нашего Иисуса Христа, и там же выстроил жилье для себя и своих преемников. Еще он основал монастырь к востоку от города, где Эдильберт, вдохновленный им, возвел на свои средства храм святых апостолов Петра и Павла и одарил его многими дарами, чтобы там могли были быть похоронены сам Августин и все епископы Дорувернские, а также короли Кента [283]. Храм этот освятил не Августин, а его преемник Лаврентий.

Первым аббатом монастыря стал священник Петр, который, будучи послан с миссией в Галлию, утонул в морской бухте, называемой Амфлет [284]. Жители того места похоронили его без почестей, но Всемогущий Бог пожелал явить его заслуги, и над его могилой каждую ночь появлялся свет с неба, пока люди в окрестностях не заметили это и не поняли, что там похоронен святой. Они навели справки о том, кто он был и откуда явился, и, взяв его тело, похоронили его в городе Бононии [285] со всеми подобающими ему почестями.

ХХХIV. Как Эдильфрид, король Нортумбрии, победил в битве народ скоттов и изгнал их из земли англов

В то время королевством Нортумбрийским правил сильнейший и славнейший [286] король Эдильфрид, который теснил бриттов сильнее, чем все прочие правители англов [287]. Поистине, его можно сравнить с Саулом, царем Израиля, с той лишь разницей, что Эдильфрид не был знаком с истинной верой. Ни один другой правитель или король не подчинил народу англов больше земель; эти земли он заселил, изгнав или подчинив их жителей. К нему, как и к Саулу, могут быть применены слова, что сказал патриарх, благословляя своего сына: «Вениамин, хищный волк, утром будет есть ловитву и вечером будет делить добычу» [288]. По этой причине обеспокоенный его успехами Айдан, король живших в Британии скоттов [289], выступил против него с сильнейшим войском, но был разбит и бежал с немногими уцелевшими. Прочие его воины были изрублены в знаменитом месте, называемом Дегсастан, что означает «камень Дегсы» [290]. В этой битве погиб со всей своей дружиной брат Эдильфрида Теобальд. Эту войну Эдильфрид завершил в году 603–м от воплощения Господа, на одиннадцатом году своего царствования, которое продолжалось двадцать четыре года; это также был третий год царствования Фоки, ставшего римским императором [291]. С того времени и до нынешнего дня ни один король скоттов в Британии не осмеливался воевать с народом англов.

Книга вторая

I. О кончине блаженного папы Григория

Тем временем, в год от воплощения Господа 605–й умер и отошел в вечное Царствие Небесное блаженный папа Григорий, правивший в великой славе римской кафедрой и апостольской церковью тринадцать лет, шесть месяцев и десять дней [292]. Поскольку он обратил нас, народ англов, от власти Сатаны к вере Христовой [293], следует поведать о нем в этой церковной истории. Мы можем и должны по праву именовать его нашим апостолом, ибо, занимая важнейшее в этом мире положение и возглавляя церкви, давно утвердившиеся в вере Христовой, он еще и обратил ко Христу наш народ, прежде поклонявшийся идолам. К нему мы можем применить слова апостола: «Если для других я не апостол, то для вас; ибо печать моего апостольства–вы в Господе» [294].

Он происходил из народа римлян, и отца его звали Гордиан; он вел свой род от людей не только благородных, но и благочестивых [295]. Так, предком его был Феликс, епископ на апостольском престоле и муж великой славы во Христе и в церкви [296]. Он следовал традиции благочестия с тем же рвением, что и его предки и родственники, целиком пожертвовав благородным званием, принадлежавшим ему в этом мире, ради стяжания высшей славы, даруемой милостью Божьей. Отвергнув мирскую жизнь, он ушел в монастырь [297], где вел жизнь настолько совершенную–как он сам впоследствии вспоминал со слезами, — что душа его воспарила над всем преходящим и над всеми вещами, подверженными изменению. Он не думал ни о чем, кроме как о небе, и хотя дух его был еще заключен в теле, он преодолевал созерцанием оковы плоти. Он возлюбил даже смерть, которую почти все считают наказанием, ибо видел в ней переход к жизни вечной и воздаянию за труды. И после он не радовался своему продвижению по пути совершенства, а скорее горевал о том, что утратил из–за многих своих пастырских забот. Однажды, к примеру, говоря наедине со своим диаконом Петром и вспоминая о былых своих духовных достоинствах, он сказал с грустью: «В пастырском служении утружден я делами всего мира и из отрадного спокойствия брошен в пыль земных тревог.

Силы свои душевные трачу на великое множество дел и возвращаюсь к ним мыслями даже тогда, когда думаю о вечном. Знаю, что я приобрел и что потерял, и когда я вспоминаю о потерянном, приобретенное гнетет меня еще сильней».

Святой муж говорил это в великом смирении, ибо мы не можем поверить, что он утратил хотя бы толику монашеского совершенства из–за своего пастырского служения. Ведь он добился куда большего своими трудами по обращению многих, чем мог добиться в прежней своей спокойной жизни. Главным образом это случилось потому, что, будучи понтификом, он собственный свой дом превратил в монастырь; с тех пор, как его вызвали из обители и призвали к алтарному служению, отправив послом святого престола в Константинополь, он никогда не отказывался от привычек жизни небесной, хоть и жил в земном дворце. Он даже вызвал из своего монастыря братьев, которые из родственной любви последовали за ним в столицу и следили за соблюдением им правил. По его собственным словам, их пример, как якорный канат, привязывал его к тихим берегам молитвы, от которых его уводило непрестанное течение мирских дел. Дух его, волнуемый тревогами мира, ежедневно укреплялся чтением и размышлением в обществе братьев, и их помощь не только охраняла его от искушений этого мира, но ободряла в стремлении к жизни небесной.