Страница 128 из 146
И вот пророк — один, нагой, прямо из чрева китова, после испытанного им потрясения мало и на человека походивший — огласил Ниневию, великий город, своею проповедью; один пророк явился туда, и время показало, что он сделал. При том, провозгласив, что город погибнет, он наперед уже должен был оттолкнуть их от веры. Но они послушались одного пророка и прибегли к лекарству, отвращающему гибель, — к посту. Не о том ревновал Иона, чтобы Ниневия была разрушена, но чтобы послужило к обличению Израиля это сопоставление, — то, что язычники с готовностью повиновались и одному пророку, а Израиль оставался глух к целому их сонму. Итак, установлен был пост, чтобы отвратить Божественный приговор. А пост был не простой, но состоял он в удалении как от пищи, так и от грехов. Да, если бы человек постился по причине грехов и в то же время продолжал пребывать в грехах, чего бы он достиг? Это все равно, как если бы, омывшись от грязи, опять начать в ней валяться. Должно, прежде всего, прекратить самый грех. Что, в самом деле, пользы — то каяться в грехе, то потом опять к нему возвращаться по прежней дороге? Разве душа не смирилась постигшими ее ударами? Разве мы не возносим молений о том, что согрешили. Если же в прежних грехах мы каемся, то новые зачем накопляем? Итак, ниневитяне отказались от пищи, отстали от грехов. Бог их услышал: пост силен преклонить на милость Владыку.
Иона вознегодовал, что пророк должен был исполнить волю Божию, а между тем Бог, отменив Свой приговор, не замедлил даровать спасение. Конечно, Бог не может солгать, но истинен во всем Тот, Кто сказал: «Иногда Я скажу о каком–либо народе и царстве, что искореню, сокрушу и погублю его; но если народ этот, на который Я это изрек, обратится от своих злых дел, Я отлагаю то зло, которое помыслил сделать ему» (Иep. 18:7, 8). Отменив Свою угрозу, Бог не оказался через то лжецом. Ведь, конечно, Он послал пророка не с тем, чтобы разрушить Ниневию, — тогда зачем было предрекать то, что с необходимостью должно было совершиться? — но именно потому, что не хотел гибели города, Он пригрозил, что разрушит его, чтобы, покаявшись, они избегли гибели. Не (так было, что) Адам вкусил от древа, и тогда Бог его наказал, но предупреждал (Бог), что если он вкусит, умрет — чтобы тот не вкушал. Но тот не послушался сказавшего, поел, вкусил. Разве нельзя обвинять там, где был возможен выбор? Но разве не знал (Бог), скажет кто–нибудь, что он вкусит? Наверное, тот, кто говорит так, еретик и идет против Писания. Ему следует возразить так: если Спаситель знал, что Иуда предаст Его, то зачем избрал его? Может быть, мы и защитимся против еретика, сопоставляя историю Иуды и Адама. Одинаково ли объясняются оба эти события или различными способами?
Итак, должно нам выяснить себе и то, почему (Господь) избрал Иуду такого, каков он был, и почему, зная, что Адам согрешит, ввел его в рай. Именно в посту и нужно заниматься возвышенными вопросами, когда душа пребывает бодрою. Спаситель знал, — это вне всякого сомнения, — что Иуда готовит предательство. Ну, и что же? скажете вы. Являя Свое чрезвычайное человеколюбие, (Господь как бы говорит, что) сколько от Меня зависит, ты и апостол, и в лике Моих учеников считаешься; если несмотря на это ты оказываешься недостойным, то через это сразу обнаруживаются и Мое необычайное человеколюбие, и твоя крайняя злоба. И распоряжение деньгами доверял ему (Спаситель) не потому, что не знал об его воровских наклонностях, но потому, что желал дарованием ему власти потушить его страсть. Итак, Он знал наперед и предвидел, и не только предвидел, но и неоднократно предсказывал: «один из вас предаст Меня». Чем же вы в таком случае недовольны? Тем, что злой человек своей злобой исполнил благое дело общего спасения, без всякого принуждения со стороны Избравшего? Ведь если к чему–нибудь Иисус его принудил, то уже конечно к апостольству, а не к предательству; но даже и к апостольству Он не принуждал. Что происходит по принуждению, то в расчет не принимается; целомудренный по необходимости не есть еще целомудренный, потому что стал таким по необходимости.
Добродетели к человеку не привяжешь, если нет у него к ней расположения. Теперь, далее, почему оставил Бог Адама в раю? Творец был благ, Он сотворил человека свободным, как свободному дал ему заповедь. Знал Он, что тот вкусит от древа, но не помешал ему, не принуждал его, не насиловал его свободной воли: Адам сам согрешил. Ради дерева дорогим было и то место, где была эта драгоценность. (Адам) не был создан злым, но зло был оскорблен его непослушанием Тот, Кто дал ему заповедь. Но если вкушение плода погубило заповедь, то вместе с заповедью призывается пост — и спасает. Испытай себя самого, человек! Что тут вычитывать? Спроси себя самого, каков был ты до поста и каким стал, постясь? Из того, что мы делаем, одно приносит плод впоследствии, в другом с самым делом совмещается и плод. Кто выходит в море ловить рыбу, не тотчас же находит добычу, как только окажется в море; а тот, кто постится, сразу имеет и плод поста. Разве ты не ценишь тишины? Разве ты не освободился от винного чада? Разве не избавился от бури и непогоды? Разве не хочешь заметить того, что плоть обуздана, не смущает тебя своими порывами и не заставляет краснеть? Разве ты не знаешь, что теперь и ум твой действует в пользу целомудрия? Разве не радуешься, слыша, что такой–то постился? Постящиеся пусть не считают пост за зло; тот, кто думает, что пост зло, хотя и постится, сам пребывает во зле.
Не принадлежат к числу злых ангелы, не имеющие нужды в наслаждении пищей, подобно нам. Вкушение пищи не есть какая–либо для нас честь, но дело простой необходимости. Сколько зла у нас ни совершается (в обычное время), оно подавляется постом. Пост же я разумею — не простое удаление от пищи, но тот, который имел в виду Исаия: постись, чтобы быть услышанным. И если ты скажешь Богу словами иудеев: «постимся, а Ты не видишь? смиряем души свои, а Ты не знаешь», то берегись, чтобы не услышать: «в день поста вашего вы исполняете волю вашу» (Ис. 58:3–5). Пост состоит в исполнении воли Господа. Смысл поста не в том, чтобы мы с выгодой не ели, но в том, чтобы приготовленное для тебя, съел бедный вместо тебя. Для тебя это вдвойне благо: и сам ты постишься, и другой не голодает. Не будем тяготиться трудностью поста: все же пост не то, что распятие на кресте. Ради чего, в самом деле, пост? Он — вместо креста: мы получили большее, отдаем меньшее. (Господь) распят для тебя, терпит жажду и пьет уксус с желчью. Неприятно это питье, велик этот пост. Но ты ведь уже не вкушаешь желчи и стоишь твердо, — ты уже на кресте не висишь? Не будь же неблагодарен к Иисусу, не плачься, что ты постишься; плачься о том, что ты не постишься всегда. Чего ты лишился из–за поста? Вина ли? Не вина, конечно, но воспаления в теле, головной боли, тяжкого дыхания.
Зато подумай, что ты получаешь взамен: мир, тишину, успокоение. Самый цвет лица чистый и ровный у соблюдающих пост прекрасен, — под влиянием же вина лицо разгорается огнем. Кто не страдает вместе с Иисусом, тот не знает Иисуса; кто уклоняется от поста, тот забывает о кресте. Не будем принимать пост с предубеждением, чтобы не обратилось для тебя во зло то, в чем ты предполагаешь зло, и чтобы не оказаться тебе пред Богом рабом лукавым. Никто не предается печали в праздники, кроме разве тех, кто не понимает значения праздников. В праздники и нужно в особенности быть веселым. А ты хочешь поступать наоборот: печалишься тогда, когда становишься наравне с ангелами? Разве ты не знаешь того, с чем это связано? Когда природа требует брака, то ты не женишься вопреки природе. Воздавай должное браку, но если почитаешь пост, дни поста проводи по–ангельски. Я не унижаю брака, но отдаю предпочтение посту. То, что мы вкушаем до поста, не остается с нами. Зачем же нам усиленно заботиться о том, чего даже нет. Ведь все удовольствие, доставляемое вкушением пищи, исчерпывается временем глотания; когда проглатываемое минует то место в горле, где сосредоточено чувство вкуса, его как будто и не было.
А пост не отягощает человека, не наполняет его чрева и не извергается через чрево в помет; он обеспечивает бессмертие, приближает нас к ангелам, потому что сам по себе он и есть не что иное, как посильное (с нашей стороны) подражание ангелам. Что же? Ты недоволен тем, что ведешь (в посту) трезвую жизнь? Что не уязвляешься чужим благополучием? Что твой ум ясен? Что твоя плоть не осквернена? Что твоя душа цветет? Что ты слушаешь Писания