Страница 100 из 123
Марии и Иосифа, потому что закон повелевал жене — родительнице пребывать особо от чистых, выжидать известные дни и не выходить из дома. Итак, «когда исполнились дни очищения по закону Моисееву» (хотя это не было необходимо для Девы, но, однако, исполнялся закон) «принесли Его в Иерусалим, чтобы представить пред Господа, как предписано в законе Господнем» (Лк. 2:22–23). Где речь о телесном очищении, (Писание) говорит: по закону Моисееву; где — о представлении святого, говорит: «как предписано в законе Господнем», — не потому, что закон Моисея не был законом Господним, — ведь если говорит пророк, ведя речь при содействии Духа Святого, говорит не сам, но Господь внушает, — но, однако, так как и очищение имело телесный образ, то (Писание) говорит о Моисеевом законе, а так как предстояло Дитя первородное, то говорит: по закону Господню, почитая рождающееся: якоже есть писано в законе Господни: «как предписано в законе Господнем, чтобы всякий младенец мужеского пола, разверзающий ложесна, был посвящен Господу» (ст. 23). Итак, это слово, и весь закон, и причина закона — все полагалось ради Имевшего разверзать ложесна. Все первородные существа из животных и людей никогда не разверзали ложесн, но были только первородными; Кого же родила Дева, Один только Он разверз ложесна. Итак, обращай внимание, прошу, на учреждение всего закона ради Того только, Кто имел родиться от Девы.
Откуда же иудеям возможно было понять это учреждение? Будучи плотскими, они как нельзя более далеко отстоят от того, чтоб постигать мысли, требующие духовного понимания. Затем приходят они дать «жертву, по реченному в законе Господнем, две горлицы или двух птенцов голубиных» (ст. 24). Случилось же и это прообразовательно согласно с законом, чтобы не пропустить ничего в законе не исполненным. Эти иносказания — согласны с законом; но перейдем к евангельскому повествованию: «тогда был в Иерусалиме человек, именем Симеон. Он был муж праведный и благочестивый, и Дух Святый был на нем. Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня» (Лк. 2:25–26). Был старец Симеон, и он ожидал исполнения благовествования; он оставался в храме, говоря с самим собой так: где бы Он ни родился, во всяком случае сюда придет. Этот старец «пришел по вдохновению в храм» (ст. 27) в тот час, «когда родители принесли Младенца». Часто он приходил, но по своим делам; тогда же, руководимый Духом Святым, благовременно приходит, чтобы исполнилось обещанное ему. «Он взял Его на руки, благословил Бога и сказал: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром» (ст. 28–29). Откуда отпускаешь? Из рва этой жизни, потому что печальны обстоятельства ее, — жизнь эта — темница.
Итак, он желал быть отпущенным; если же кто считает удаление отсюда наказанием, тот еще не совершен в вере. И вот он говорил: «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром», потому что явился имеющий принести мир миру; пришел Миротворец, соединяющий небо с землей, и явился делающий землю небом чрез посредство евангельского учения. Симеон восклицает: «ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром, ибо видели очи мои спасение Твое» (ст. 29–30), говорит. Что значит сказанное им? (Это значит:) прежде я веровал мыслью и знал помышлением; теперь же увидели и глаза мои; и то, чего я ожидал сердцем, вот увидели мои глаза уже совершившимся. Что же? «Видели (очи мои) спасение Твое». Какое? «Которое Ты уготовал пред лицем всех народов» (ст. 31), не одного народа и не Израиля только, но «пред лицем всех народов», потому что родившийся — Учитель всей вселенной. «Свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля» (ст. 32). Почему свет? Потому что народы пребывали во тьме и потому что Он просветил погруженные во тьму племена. «Свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля». Здесь — слава и там — откровение; там — начало научения, а здесь — последующее учение. «Славу народа Твоего Израиля». Но, конечно, кто–либо скажет: а где израильтяне?
Ты имешь Петра, имеешь Павла, имеешь Иоанна, имеешь три тысячи человек, имеешь пять тысяч человек (Деян. 2:41; 4:4), имеешь иерусалимскую церковь, имеешь уверовавших из иудеев, так как в числе уверовавших был и этот народ. «Если бы Господь Саваоф не оставил нам семени, то мы были бы то же, что Содом, уподобились бы Гоморре» (Ис. 1:9). Бог говорит: «впрочем, Я оставил между Израильтянами семь тысяч [мужей]; всех сих колени не преклонялись пред Ваалом» (3 Цар. 19:18). Таким образом в этом народе сохранилось семя веры, и не погиб весь народ. Да не будет! И не погибли все иудеи, так как и теперь в этом блаженном состоянии и звании хотя «много званных, но мало избранных» (Мф. 20:16). Христос призвал всю вселенную и приготовил святую пищу евангелия. Но, когда придет во второй раз, то войдет и сделает выбор и с заботливостью исследует возлежащих; и если найдет, что кто–либо из возлежащих не имеет брачного одеяния, то скажет ему: «друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» (Мф. 22:12). И отвергнет его, подобно тому как мы слышали в евангелиях. Итак, и там был выбор, и здесь будет выбор. На основании того, что мы призваны, ужели мы должны и вести себя надменно, как будто достигшие совершенства? Падение первых людей да будет нашей безопасностью.
Таким образом, возлюбленный, и этот народ погиб не весь, и не весь он развратился, и не весь проявил неверие, и не весь преследовал апостолов, но чрез апостолов уверовали три тысячи, не считая женщин и детей [90] (Деян. 2:41). И в Иерусалиме произошла многотысячная церковь, когда храм еще не был разрушен, когда иудеи еще не были изгнаны, когда Иерусалим еще не был предан разорению. Была создана церковь, и слова Иоанна оказались очевидной истиной: «Ему должно расти, а мне умаляться» (Ин. 3:30). Поэтому Симеон, будучи пророком, говорит: «славу людей Твоих Израиля».
И благослови я Симеон и рече к Марии, Матери Его: «се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в знамение пререкаемое» [91] (Лк. 2:34). На чье падение? Ясно, что — неверующих, пререкающих, распинающих. На чье восстание?
Признающих
и благоразумно исповедающих Его. И в знамение пререкаемое. Какое пререкаемое знамение? Знамение креста, которое церковь знает как спасительное для мира, — знамение, против которого враждуют иудеи, которое часто возвещалось и небом. Пререкание же встречает это знамение, чтоб победила истина, потому что без пререкания победа не бывает полной. Надлежало, чтоб возымело место пререкание, для того, чтобы Судия долготерпеливо произносил суд в течение всей вечности. Поэтому (Писание) говорит: и в знамение пререкаемо; пререкание же обнаруживают неверующие. И ты, говорит (Писание), считаешься Его Матерью. Итак, окажешься ли ты не подверженной искушению, после того как исповедала, что ты — Мать, после того как родила Его, после того как, полагаешь, вместила Его на время в своей утробе? Чрево твое было сосудом действия Духа. Пребудешь ли неподверженной искушению, после того как соделалась Богородицей, после того же как, будучи неискусобрачной, зачала, после того как соделалась Матерью своего Творца? Пребудешь ли ты неподверженной искушению? Даже и ты не пребудешь неподверженной последнему, но «и Тебе Самой оружие пройдет душу» (Лк. 2:35). Почему, Господи? Чем Я согрешила?
Ты, конечно, ничем не согрешила: но, когда увидишь, что Он висит на кресте, когда увидишь, что Он страдает за мир, когда увидишь, что руки Его распростерты на кресте и пригвождены на древе, тогда Ты начнешь сомневаться и говорить: ужели это — Тот, о Котором беседовал со мною ангел? Ужели это — Тот, по отношению к Которому случилось Мое чудесное зачатие? Я была девой и родила, и осталась Девой. Почему Он распинается? «И Тебе Самой оружие пройдет душу». Итак, никто не пребыл неподверженным искушению, согласно с пророчеством праведного Симеона. Петр, верховный из апостолов. трижды отрекся; прочие ученики, оставив Христа, убежали. Пастырь не имеет нужды в защите со стороны овец, прогоняя волков; и Поборник не имел нужды в помощниках, но все отступили; Христос же был один только, как бы висящий овен [92]. Итак, прошло оружие и ее душу; именно — искушение и сомнение. И тебе же самой душу пройдет оружие, «да откроются помышления многих сердец» (ст. 35). Итак, Иисус страдает для изобличения неверия, для утверждения благомыслия верующих. Знамение же встречает пререкание, чтобы изобличены были пререкавшие по причине своей порочности. Если бы истина не встречала себе со стороны людей никакого прекословия, то и благочестие должно было бы быть неиспытанным; допущение же пререкания делает то, что избирается истина уже испытанная.