Страница 28 из 35
Стало быть, главное в нас дело есть очищение совести и получение всепрощения в Таинстве Покаяния. Вот на это и обратим ныне всю свою заботу и попечение. Очистится в совести и получит всепрощение тот, кто как должно покается. Спрашивается теперь: кто же как должно кается? Тот, кто познает свои грехи и сознается в них искренно; сознавшись, сокрушается о них и оплакивает их; сокрушившись же и оплакав, полагает твердое намерение более не оскорблять Бога своими грехами: и, наконец, в сих расположениях смиренно исповедует все грехи свои пред духовником, чтобы получить разрешение в них и явиться к Чаше Господней оправданным и чистым пред очами Божиими.
Итак, озаботьтесь познать свои грехи и сознаться в них. Познать свои грехи — значит сказать, что такой-то и такой грех совершен нами; а сознаться в них — значит осудить себя в них, сказать: «Виноват», — не допуская никаких оправданий и извинений. «Согрешил», «виноват» — сии два слова надобно произнести искренно. Посмотрите же, в чем и как согрешили вы? Не думаю, чтобы это было трудно. Заповеди ведомы и совесть есть.
Заповедь укажет, что следовало нам делать, а совесть засвидетельствует, сделано ли то нами или нет. Страсть, которую надобно одолевать, и грехи, которыми мы наипаче оскорбляем Господа, не могут укрыться от нашего внимания. Это — по слову Господа — не спица, а бревно в глазе. Вот на них и наляжьте всею строгостию самоиспытания и самоосуждения, ибо есть лукавство в грешном сердце нашем, что оно готово судить себя строго во всем, кроме своей главной немощи — нравственной, между тем как все другое, кроме главных грехов, есть в нравственном отношении малость.
И выходит, что при нестрогом внимании к делу мы способны только оцеживать комара и пожирать верблюда на нашем внутреннем суде. Сию-то неправоту и исправь каждый в себе прежде всего, т. е. познай свою главную страсть и свои главные грехи и осуди себя в них, не допуская никаких извинений. А затем уже обратись к познанию и других грехов, побочных, которые, сравнительно с первыми, можно назвать малыми, немногократными, нечаянными, случайными.
Сознавши грехи, надобно оплакать их, сокрушаться о том, что они сделаны. Кто искренно сказал: «Виноват», — тому недалеко до того, чтобы сказать: «Зачем же все это мною наделано?» — пожалеть о том, устыдить себя, поболеть пред Господом, устрашиться суда Его и беды, ожидающей того, кто останется неоправданным в грехах своих! Недалеко до сего, однако ж и это требует труда над собою, самоуправления и самопринуждения, ибо есть окаменение сердца, по которому, и сознавая грехи, и не имея, чем оправдаться в них, говорят: «Что ж тут такого?
» Помяни, сколько раз говорил ты: «Не буду», — и все грешил, и еще более и упорнее, чем прежде; помяни, что никто тебя не принуждал — сам, по злому нраву своему, грешил и оскорблял Бога, Который все видит, и руку Его, которою Он останавливал тебя, ты отрывал. Помяни смерть, суд, ад. Помяни и прочее все, чем надеешься сокрушить упорное сердце свое.
Всячески тревожь его, возбуждай и приводи в движение. К сим размышлениям приложи молитву к Господу, чтобы, как Владыко всяческих, дал тебе возобладать над сердцем своим. Что за покаяние, в котором нет печали, туги и сокрушений!.. Вслед за болезнию сердца о грехах придет намерение отстать от них, не оскорблять ими более Господа и не губить себя.
А засим последует исповедание грехов самое искреннее и разрешение их самое действенное. И совершится покаяние воистину спасительное. А то что пользы, если без чувств, со скукою или рассеянием будем стоять на службах, досадуя, что долго тянется; время, свободное от служб, будем проводить в полусне и бездействии; а затем холодно проговорим на духу: «грешен», — про грехи, о которых спросят, и помышления не имея о том, что главною у нас целью должно быть совершенное исправление жизни. Что пользы?
Это будет значить исполнить обычай говения, а не говеть во спасение. Блюдите, како опасно ходите, паче в дни сии, когда враг, не искушая грехами, ухитряется делать бесполезными дарованные нам благодатию Божиею средства к очищению от грехов и тем продолжить владычество свое над нами» (из проповеди XIX века). И малые грехи — не малость Как подумаешь, какое ужасное множество грехов сделаешь в течение всей жизни, — ужас обнимает сердце.
Есть ли хоть один день в жизни, в который бы ни разу ничем не согрешил пред Богом? Иной день... грешишь почти от утра до вечера. Что мысль, что желание, что слово — все грех да грех. Ах, сколько же грехов! — Какой ответ дадим мы Богу! Ведь нам дано время только на добрые дела, а мы проводим его в грехах! На это скажет иной: «То правда, что мы почти все время проводим в грехах, но и грехи наши, кажется, не велики». Ошибается, кто скажет это.
Грехи наши все оскорбляют Бога, и если мы не раскаиваемся в них, — лишают нас благодати Святого Духа, затворяют пред нами двери Царствия и отворяют ад. Сын Божий страдал и пролил на кресте Кровь Свою. — За что? — За грехи. — За какие? — За все и за каждый. Поэтому и малый грех не мал. Но положим, что грехи наши не велики, хоть это и несправедливо, да спрашивается: сколько их? — Неисчислимое множество.
А разве нам не известно, что из множества малостей составляется великое? Песчинки не велики, а из них произошли необозримые сыпучие степи. Посмотри: зимою из облаков летит снег какими малыми частицами, но эти частицы покрывают землю, гонимые ветром производят сугробы, засыпают овраги, долины, леса, иногда и селения. Вот наступает весна, дышит теплый ветер, снежинки тают, сливаются воедино, и сколько воды!
С ревом она устремляется вниз, вырывает овраги, размывает берега рек, сносит плотины, заливает огромные пространства. Так и наши грехи, делаемые в течение всей нашей жизни, по смерти нашей, собравшись воедино, составят целое море греховности и потопят нас в мутных своих волнах. Боже наш, Боже наш! Что ж нам делать?.. Плакать и слезами покаяния омывать свои грехи.
То верно, что если в этой жизни мы не смоем их своими слезами, а паче всего кровию Сына Божия, то там, по смерти, они явятся в ужасающем виде и погубят нас на всю вечность!..
Скрывающий свои грехи подобен утопающему Кто старцу или духовнику исповедуется в винах своих со смехом, тот не имеет страха Божия и, не имея желания отстать от любимого греха, кается лицемерно.
Истинное покаяние состоит в том, когда мы после исповеди не повторяем греха. Кто кается и снова впадает в великие грехи, тот не безопасен. Ибо сказано: уклоняющихся в развращения отведет Господь с делающими беззаконие. Скрывающие свои грехи от старца или духовника подобны утопающему, которому подают руку спасения, но он не хочет ее брать, а удаляется все дальше и дальше.
Такие, очевидно, еще любят грех, не хотят его врачевать и еще уподобляются тому, кто скрывает у себя постоянно уязвляющую его змею. Судите: кто виноват в их погибели? Грехи на исповеди не следует увеличивать или уменьшать, или давать им иное значение: все должны говорить по чистой правде. Все мы более или менее тщеславны и горды. Поэтому и духовнику должны каяться в этих страстях.
После перечисления грехов хорошо говорить духовнику: «Нет возможности перечистить все грехи мои по множеству их». Но не следует говорить: «Всем грешен»; или: «Нет греха, которого бы не совершил». Так сказать — не значит ли клеветать на себя? Ибо во всяком случае найдется немало грехов, которых мы не имели, а о иных и понятия не имеем. Грехи, которые прежде были разрешены на исповеди и после не повторялись, нет надобности снова исповедовать; если же о них духовник спросит, то следует сказать: «Прежде было, но покаялся».
Когда духовник спросит о таком грехе, который еще не был исповедан, то следует отвечать: «Грешен». Пост духовный Чтобы проводить истинный пост, недостаточно есть одну только постную пищу да лишать себя некоторых развлечений и забав. Необходимо еще воздерживаться от всего греховного. Святитель Тихон Задонский по поводу этого говорит так: «Пусть постится ум от суетных помышлений; пусть постится воля от зла; отврати очи, чтобы не видели суеты; пусть постится язык от осуждения, клеветы, лжи, сквернословия и всякого праздного и гнилого слова; пусть постятся руки от хищения чужого добра».
Но для того, чтобы нам удобнее было проводить истинно духовный пост, необходимо прежде всего смирить плоть свою постом телесным. «Постящеся телесно, постимся и духовно». Всякое дело, творимое во имя Господне, должно совершаться втайне «Двое суток провели старец Силуан и ученик его Захария в обители, которая встретилась им на пути, и братия оказали путникам самое горячее участие, всеми силами стараясь угодить им.