Страница 57 из 92
Григорий напоминает о логической неизменности понятия: счисляется же внутри понятия, "что представляется в особом очертании..." "Человек" в трех один, как золото одно во множестве статиров, - "ни умаления, ни приращения не происходит, когда оно усматривается во многих или немногих..." Общее и частное соотносится таким образом, как что и как. Однако, в тварном мире неразделяемая и тождественная сущность (например человеческая) находится в постоянном становлении, в изменчивости, в процессе, - оставаясь сама собою, она реально является или осуществляется в разных и собственно случайных индивидах, - "иногда в тех, иногда в других, иногда в большем, иногда в меньшем числе". "Ибо если кто человек, то он не есть уже непременно и Лука и Стефан", прибавочные "особенности" безразличны для тождественного естества, они случайны (υεόε). Именно в этом отношении Божественное бытие неподобно тварному. "В трех Лицах не бывает никогда никакого приращения или умаления, превращения и изменения". Здесь нет никакого повода к неточному словоупотреблению, - мы счисляем людей, несмотря на тожество естества, только потому, что здесь случайная и изменчивая множественность неделимых... "В рассуждении св. Троицы не бывает никогда ничего подобного, потому что именуются одни и те же, а не иные и иные лица, то же и одинаково содержания.
И не допускает Она никакого приращения до четверицы, ни умаления до двоицы, - потому что не рождается и не исходит от Отца или какого из Лиц еще новое лицо, так чтобы Троица когда-либо стала четверицею, и не прекращает со времени бытия своего какое-либо из сих Лиц, чтобы Троица стала двоицей". Это значит, что Божественные ипостаси суть непреложные и как бы необходимые ипостаси, в которых безначально и неизменно осуществляется полнота неизреченного Божеского естества, - непреложные и вечные образы бытия Единого Бога. Ударение лежит именно на простоте и неизменности. "Ибо Лица Божества нераздельны между собою, ни по времени, ни по месту, ни в воле, ни в начинаниях, ни в деятельности, ни в том, чтобы претерпевать что-либо подобное усматриваемому в человеке..." Простота бытия открывается в некой сплоченности неслитных ипостасей. Св. Григория нельзя упрекать в натурализме, как бы формально не напоминал его язык даже западно-стоическое словоупотребление. Если он и употребляет Тертуллиановский образ трех огней, трех светильников, он устраняет основную неточность стоицизирующего языка: сравнение с золотом и монетами опасно потому, что из неопределенной материи произвольно чеканятся раздробляемые в существовании случайные монеты. Именно эту неопределенность, случайность, произвольность, равновозможность и текучесть Григорий категорически исключает.
- И нужно прибавить, различение общего и частного для Григория, как и для всех Каппадокийцев, есть только вспомогательное логическое средство. Основное в его созерцании - таинственное Троическое единство, "Троическая простота", живое единство бытия, единая Жизнь. Это трехобразное единство Жизни и есть единство сущности, единосущие, - бытие в нераздельном единстве. В Божестве усматривается не косное единство или неподвижность, но полнота жизни: эта жизнь открывается, как Триединство. В этом существенное отличие богословского таинства Новозаветной веры от догмата иудейства.
V. Покров вселенной
Для мира Бог есть начало и предел, источник существования и цель всех стремлений. Вначале Бог сотворил небо и землю. Это значить, что тварь имеет начало своего существования в Боге и что она начинает быть. "Начало миробытия, - говорить св. Григорий, - означает, что и поводам и причинам, и силам всех существ Бог вдруг и в одно мгновение положил основание". И это основание созданий знает один только Творец. Для нас возникновение твари непостижимо. Однако, знаем, что начало быгия она имеет "чрез изменение", - ее начало есть "некое движение и изменение несуществующего в существующее..." "Самая ипостась твари начата изменением", и потому тварь необходимо изменчива, по естеству своему есть нечто изменчивое, становящееся, - пока не достигнет исполнения, не совершится, не придет в полноту. Творческая воля Божия есть единственная опора твари в этом текучем существовании. Мир существует и стоит потому, и только потому, что "художественная и премудрая Божья сила, открывающаяся в существах и все проникающая", содержит и устрояет его, - "проницает Собою каждое из существ и растворением силы своей во вселенной содержит существа в бытии. Бог не только создал мир, - некогда. Он сохраняет, содержит его, - как Вседержитель, своим вездеприсутствием...
- "Ибо ничто не может пребывать в бытии, не пребывая в сущем..." Бог пребывает в мире не смешиваясь с ним, - как душа не расплывается в оживотворяемом ею телесном составе. Это напоминает стоическое οί, но с той оговоркой, что это "растворение силы" не нарушает существенной трансцедентности и неприступности Божественного бытия. Тварь противоположна Богу, "созданное естество и Божеская сущность разделены и не имеют никакой связи по отличительным свойствам", - и однако всюду распростирается Божественная "неколичественная и неописуемая Сила, в себе самой содержащая века и все творение в них..." Как? не знаем, и да не любопытствуем, - ибо это превышает меру разума. Что было до сотворения? Какая нужда в сотворенном? Знаем только, что все созидается силою Слова, ибо не бессловесием (άοί) начинается мир. В библейском рассказе о творении св. Григорий видел запись синайских созерцаний Моисея, - не домысел умозаключающаго разума. За буквой рассказа нужно вскрыть его внутренний смысл, как бы вслед за Моисеем взойти в таинственный мрак. Св. Григорий хочет идти дальше Василия... - Мир есть целое, стройное и согласное. И как целое создан он Творцом.
Бог творит Премудростью и Премудрость есть воля, а с решением воли нераздельно для Бога дело, "в деле творения, замечает Григорий, надлежит представлять себе в Боге все в совокупности, - волю, Премудрость, могущество, сущность существ..." Не случайно приравнивает св. Григорий "могущество" Божие и "сущность существ". Он исключает при этом два предположительных допущения: Бог творит не из Себя, ибо разнороден твари, и не из каких "запасов", не из какого несозданного вещества. Это и значит: "самое устремление Божественного произволения, когда пожелает, бывает делом и хотение осуществляется (сущетворится), немедленно обращаясь в естество по власти Всемогущего, Которая чего только премудро и художнически ни пожелает, не оставляет изволения не приведенным в действие. Приведение же изволения в действие есть сущность..." Св. Григорий оговаривает, что вещество, как таковое, в основании своем невещественно, но "происходит от умопредставляемого и невещественного". Вещество есть совокупность качеств, вне которых ничто не мыслимо и не представимо, - их "совокупное стечение" и образует вещественность. "Все сии свойства сами по себе, - думает Григорий, - понятия и голые умопредставления", ибо ни одно из них само по себе не есть вещество, - легкость, тяжесть, плотность, цветность, очертание, протяжение... Эти невещественные качества Бог и творит в начале, - поводы, причины, силы существ...
Начало, подчеркивает Григорий, означает "мгновенность и неразрывность", и вместе с тем "начало временного протяжения". Однако, начало времени еще не во времени, не есть еще время, - здесь Григорий повторяет Василия. Начало времени означает начало движения и изменения. Возникновение твари есть начало ее становления. Вселенная не сразу возникает в своей полноте. Она постепенно устрояется. Вдруг и сразу возникают элементы мира, - из ничего, и при этом Бог сообщает им силу самоосуществления. Мир начинает составляться... Сперва земля была "праздной и безразличной", ибо - объясняет Григорий, - "все уже было в возможности при первом устремлении Божием к творению, как бы от вложенной некой силы, осеменяющей бытие вселенной, но в действительности не было еще каждой в отдельности вещи". Иначе сказать, земля была и не была, - "но ожидала того, что дается устроением качеств, что и значит: прийти в бытие..." Пустота, по переводу Феодотиона, - ибо дана была "сила воспринять качества", но не было еще их. Мрак был надо всем, "когда каждое из наполняющих вселенную существ еще не оказалось самим собою..." Но создана была не только бескачественная материя, - напротив, именно этого св. Григорий и не допускает. Создано было смешение качеств, и оно должно было отстояться.