Страница 22 из 32
Экстремальные походы являются неотъемлемой частью воспитания мальчишек в этом детском доме. Одной из причин этого стала задача использования энергии пубертата «в мирных целях». За несколько дней такого похода решаются проблемы, которые в нормальных условиях могут решаться месяцами и годами, — обучение основным навыкам самообслуживания, преодоление потребительских установок, налаживаются взаимоотношения с товарищами. В экстремальной ситуации ребенок совсем иначе воспринимает окружающий мир, свое место в нем, своих товарищей и взрослых. Совсем иную глубину приобретают беседы о Боге, вселенной, человеке, его самоотдаче и подвиге, чести и мужестве. Конечно, использование подобных «экстремальных» педагогических методов предполагает особую профессиональную подготовку взрослых, слаженный коллектив единомышленников, но, вместе с тем, необходимыми являются братские, полные максимального доверия отношения с детьми (49).
Можно предположить, что в описанных объединениях подростков учтены их интересы. По Выготскому это: доминанта дали, доминанта усилия, доминанта романтизма. К этому следует добавить реализованную в описанных случаях потребность подростков в существовании братства. И личность лидера этого братства обуславливает личностное развитие подростков.
Лидер живет «вместе». Безусловно, не каждый священник в силу глубины стоящих перед ним задач может себе это позволить. Но педагоги, собирающиеся что–то преподавать в воскресной школе подросткам, должны ставить для себя глубокое личностное общение как первоочередную задачу. При наличии братства духовные цели становятся общим делом, и тогда естественно стремиться к их достижению. Для подростков естественно ведь бороться с трудностями, преодолевать себя, стремиться к подвигам. И такими подвигами может быть стояние на службе, делание добрых дел и т. д. Только нужно вносить разнообразие в жизнь воскресной школы, учитывая потребность подростков в движении. Нужны паломнические поездки, православные летние лагеря, походы. Нужно вместе встречать праздники не только в церкви, но и за ее стенами. Нужно ходить друг к другу в гости, говорить о первой любви. Нужно этим детям отдать часть своей жизни.
В воскресной школе, где одна из авторов руководит старшей группой детей, даже писались к праздникам специальные музыкальные сказки на темы проблем, которые возникали при работе с детьми. Например, появилась фарисейская требовательность к другим, ответ на нее — сказка «Королевство красоты и порядка» о том, что в основе творения мира лежит любовь. Подросли дети достаточно, чтобы отслеживать в себе страсти, появилась сказка «Страна света», в которой главные герои преодолевают темный лес, наполненный сказочным изображением страстей. Ставили пьесу и о первой любви.
Примерно об этом же пишет Софья Куломзина (9, 70): «Для детей как будущих членов Церкви может стать полезной любая работа, требующая общения с другими людьми, принятия на себя определенной ответственности: организация «марша» по какому–нибудь поводу, проведение паломничества и похода…
Важнее всего, как сложатся отношения взрослого — руководителя–священника либо мирянина — с молодежью. Учителю важно завоевать их доверие, стать другом, важно проявлять понимание, симпатию и искренний интерес к жизни подростка, но оставаться твердым в своих убеждениях. Именно это ищут ученики: друга — честного, достойного доверия, принимающего их такими, какие они есть, чьи убеждения, как они чувствуют, связаны с их интересами».
Такие требования, вообще говоря, должны предъявляться и к учителям, желающим преподавать подросткам основы православной культуры в школе. Этот курс должен быть ориентирован не на получение знаний, а на приобщение ученика к высшим ценностям жизни, а такое приобщение невозможно без личностного общения.
Но если все же, несмотря на все усилия, подросток от Церкви отходит, а такое вполне может быть, нельзя заставлять его ходить в церковь. Признавая существование такого рода проблем, В.В. Зеньковский предупреждает родителей и педагогов о том, что основная беда заключается не в том, что дети перестают ходить в церковь, а в тех душевных переменах, которые стоят за этим. «И как бывает опасно, а порой даже гибельно для религиозной жизни подростка, когда в период сложной душевной работы, период тревожных исканий мятущейся души, родители или школа думают не о том, чтобы войти в эту внутреннюю драму души, а заставляют идти в церковь! Ничего кроме лицемерия, недоброй враждебности к религиозной жизни не дают такие меры» (22, 169). В.В. Зеньковский уверяет своих читателей в том, что к Церкви никого не нужно принуждать, ибо она так полна красоты и правды: «Нужно, чтобы каждой душе дано было найти в Церкви отзвук на ее искания и запросы, дано было опытно познать правду и силу Церкви» (там же). А задача родителей или учителей, по мысли Зеньковского, и заключается в этот серьезный период именно в том, чтобы разделить с подростком его внутреннюю душевную драму, постараться вместе с ним пережить это время.
Психическое развитие. Подростковый возраст является началом переходного периода от детства к взрослому состоянию в жизни человека. Греческое слово krisis переводится как «решение, приговор, решительный исход». В таком контексте восприятия слова «кризис» можно говорить о неминуемости подросткового кризиса в жизни каждого человека. Кризис подростничества как решение о переходе во взрослый возраст, исход из детства обуславливает психическое развитие в этом возрасте. Характер этого перехода может быть различным. Так, Маргарет Мид, исследуя взросление подростков на островах Океании, описала, что этот период жизни протекал у них бесконфликтно, в атмосфере беззаботности (44). Это позволило ей сделать выводы о том, что не всегда «гормональные бури» являются источником конфликтов и противоречий подросткового возраста, а также о том, что психология подростка во многом зависит от социокультурной ситуации, в которой он развивается.
В зависимости от культурных традиций, социально–экономического развития общества, внутрисемейных установок переход от детства к взрослости может длиться от нескольких месяцев до нескольких лет. Общим является правило — ни в одном обществе от ребенка не требуют, чтобы он стал взрослым моментально, всюду процессу достижения взрослости отводится время и место. Это и становится основным содержанием общения взрослого и подростка — помочь вырасти в меру взрослости и ответственности. Если этого не происходит, то утрачивается взаимопонимание, и тогда неминуемы конфликты [11].
* Для нескольких поколений молодежи книга Дж.Д.Сэлинджера о подростке, который мечтал ловить заигравшихся над пропастью во ржи детей, стала не только любимой, но и программной. Программной в том плане, что, вырастая, последователи Холдена с той же романтической устремленностью позволяют своим детям заигрываться над пропастью. Считается, что взрослый человек держит ситуацию под контролем. Он знает, где граница, которую ребенку переступать нельзя. А ребенку пока этого не понять, он еще не настолько вырос, чтобы постоянно помнить об угрожающей ему опасности. Это может фрустрировать ребенка, наложить негативный отпечаток на восприятие им окружающей действительности. Взрослые с энтузиазмом охраняют резвящихся детей, не позволяя им осознать масштаб многих жизненных проблем. И все продолжительнее и продолжительнее делается, таким образом, время беззаботного и безответственного детства. Ребенку, чтобы почувствовать себя повзрослевшим, требуются некие основания. Во многих культурах хранятся символические церемонии перехода из одного возраста в другой — инициации. Проходя обряд инициации, ребенок переходит в новый возраст, следовательно, получает новый статус. Новый статус обязательно предполагает новые права и обязанности, иной уровень ответственности.
Если нарушается процесс взросления, и ребенку, как и прежде, взрослые мало что могут доверить, случаются попытки «самовольных инициаций». Каждому педагогу известен перечень таких «посвящений во взрослые», которые имеют тенденцию к увеличению опасности для жизни — от выкуренной сигареты до употребления психически–активных веществ и далее. Надо полагать, что одной из причин нарастания кома девиантного и аддиктивного поведения является отсутствие ответственности подростка за то, что он предпринимает. Взрослые и в этих ситуациях стремятся подхватить падающего в пропасть ребенка, не требуя ответа за содеянное. В том же случае, когда взрослые учат ребенка «ходить над пропастью», он гармонично и бесконфликтно переходит из возраста детства в возраст взрослости и ответственности (50).