Этому благочестивому и угодному Господу Богу нашему указанію я слѣдовалъ со всѣми, кто читаетъ то, что я пишу, во всѣхъ писаніяхъ моихъ, особенно же въ этихъ книгахъ, въ которыхъ изслѣдуется единство Троицы — Отца, Сына и Святаго Духа. Ибо нѣтъ ошибки опаснѣе, труда тяжелѣе, находки плодотворнѣе, чѣмъ въ такомъ изслѣдованіи.

И если кто-либо, читая, скажетъ: «Это плохо сказано, я не понимаю», то онъ упрекнетъ меня за мой языкъ, но не за мою вѣру; вѣроятно, можно было высказаться яснѣе; ни одинъ человѣкъ не говорилъ такъ, чтобы всѣмъ и все было понятно. И если кому-то въ моей рѣчи что-то не нравится, пусть испытаетъ, понимаетъ ли онъ другихъ людей, освѣдомленныхъ въ этихъ вопросахъ, когда не понимаетъ меня, и, если такъ, пусть отложитъ мою книгу и даже, если хочетъ, отброситъ ее и потратитъ и трудъ и время на то, что ему понятно, но пусть не думаетъ, что я обязанъ молчать изъ-за того, что не говорю такъ просто и ясно, какъ тѣ, кого онъ понимаетъ.

Не все, что всѣ пишутъ, попадаетъ въ руки всѣхъ, и можетъ случиться, что люди, которые въ силахъ понять эти мои труды, не найдутъ книгъ болѣе ясныхъ, а на эти какъ разъ натолкнутся. Полезно, чтобы многіе писали, разнствуя въ стилѣ, но не въ вѣрѣ, и объ этихъ вопросахъ, дабы самый предметъ достигъ до большинства тѣмъ или инымъ путемъ.

Жалующійся, что онъ этого не понялъ, никогда не могъ понять основательныхъ и остроумныхъ соображеній о столь важныхъ предметахъ; пусть же молится и учится, дабы поумнѣть, а не заставляетъ меня жалобами и бранью замолчать. А если читающій мой трудъ скажетъ: «Я понимаю, что сказано, но сказано это невѣрно», то пусть защищаетъ свою мысль, если ему хочется, и опровергаетъ меня, если сможетъ.

Если онъ съ любовью и стремленіемъ къ истинѣ постарается ознакомить меня со своими возраженіями, то я (если буду живъ) получу великую пользу отъ этого моего труда. Если не я, то кто-то другой (съ любовью и охотой на это соглашаюсь). Я же размышляю о законѣ Господнемъ, если не день и ночь (Псал. 1, 2), то въ краткія свободныя минуты и, чтобы мои размышленія не были забыты, не исчезли, довѣряю ихъ перу.

Надѣюсь на милосердіе Божіе, которое укрѣпитъ меня во всемъ, что я считаю истиной. Если же я о чемъ иначе мыслю, то Онъ явитъ и это мнѣ откроетъ (Флп. 3, 15), или въ тайныхъ внушеніяхъ и наставленіяхъ, или явно въ словахъ Своихъ, или въ братскихъ увѣщаніяхъ. И прошу (это тайное желаніе мое)

сохранить то, что Онъ далъ мнѣ, и воздать, что обѣщалъ.

6. Полагаю, что найдутся неразумные люди, которые рѣшатъ по нѣкоторымъ мѣстамъ моихъ книгъ, что я думаю то, чего я на самомъ дѣлѣ никогда не думалъ, и не думаю то, что на самомъ дѣлѣ всегда думалъ. Кто не знаетъ, что мнѣ нельзя приписывать совращенія ко лжи въ слѣдованіи за мной? Я вѣдь вынужденъ идти черезъ густую и темную чащу, но тѣмъ болѣе кто же припишетъ святому авторитету Божественнаго Писанія многочисленныя и разнообразныя ошибки еретиковъ?

А они вѣдь пытаются защищать свои ложные, обманчивые мнѣнія Писаніемъ. Законъ Христовъ, который есть законъ любви, кротко убѣждаетъ меня: если въ книгахъ моихъ люди обнаружатъ ложь, мною не замѣченную, и эта ложь одному понравится, а другому не понравится, то я обязанъ предпочесть укоры хулителя, хулящаго ложь, похваламъ хвалящаго ее.

Первый правъ, порицая меня за мою ошибку, а второй неправъ, хваля за мысль, которую порицаетъ истина. Итакъ, во имя Божіе, приступимъ къ задуманному труду.

IV

7. Всѣ писатели-каѳолики, кого я могъ прочесть, толковавшіе Ветхій и Новый Завѣтъ и писавшіе до меня о Троицѣ, Которая есть Богъ, согласно Писанію внушаютъ, что Отецъ, Сынъ и Духъ Святый, обладая единой сущностью (substantia), нераздѣльно равны въ Божественномъ единствѣ; это не три бога, а Единый Богъ: хотя Отецъ родилъ Сына, и Сынъ, слѣдовательно, не то же, что Отецъ; Сынъ рожденъ отъ Отца, и Отецъ, слѣдовательно, не то же, что Сынъ; Духъ Святой не есть Отецъ или Сынъ, а только Духъ Отца и Сына; Онъ Самъ равенъ Отцу и Сыну и составляетъ съ Ними Единую Троицу.

Но не Сія Троица рождена отъ Дѣвы Маріи, распята при Понтіи Пилатѣ, погребена, воскресла въ третій день и вознеслась на небо, а только Сынъ. Не Сія Троица спустилась въ видѣ голубя на крестившагося Іисуса; или въ день Пятидесятницы, послѣ Вознесенія Господня, когда внезапно сдѣлался шумъ съ неба, какъ бы отъ несущагося сильнаго вихря, и раздѣляющіяся языки, какъ бы огненные, почили по одному на каждомъ изъ апостоловъ, то это была не Сія Троица, а только Духъ Святый (Дѣян. 2, 2-4).

Не Сія Троица возгласила съ неба: Ты Сынъ Мой (Марк. 1, 11), когда Онъ крестился у Іоанна, или когда на горѣ съ Нимъ было трое учениковъ (Матѳ. 17, 5), или когда прозвучалъ голосъ: И прославилъ и еще прославлю (Іоан. 12, 28), но голосъ принадлежалъ только Отцу, обращавшемуся къ Сыну; и, однако, Отецъ, и Сынъ, и Духъ Святой какъ нераздѣльны суть, такъ нераздѣльно и дѣйствуютъ.