Страница 201 из 239
Ибо Отец таковых ищет покланяющихся Ему. Дух есть Бог: и иже кланяются Ему, духом и истиною достоит кланятися (Ин.4:23-24). То есть правильное поклонение Богу совершается лишь тогда, когда мы осознаем, что есть Бог, какова Его природа, а это в свою очередь вызывает в нас правильное к Нему отношение. Если мы не осознаем, не понимаем, не думаем и не чувствуем, что такое Бог, тогда, соответственно, и поклонение Ему может быть только формальным, внешним, телесным.
Некоторые даже воображают Божество, пытаясь представить какие-то Его качества, что также является отступлением от истины об абсолютной духовности Божества, поскольку мы пытаемся придать этим качествам некоторый вид, образ. Слыша, что Бог есть Дух, и видя в этом указание на Божественную беспредельность, некоторые пытаются представить в уме эту беспредельность, но и это уже является некоторым отступлением от истины, потому что нельзя Божественное свойство вообразить и отождествить его с Самим Божеством. Иногда святые отцы употребляли образные выражения для того, чтобы мы поняли, например, учение о Пресвятой Троице или о воплощении Сына Божия.
Скажем, они говорили, что соединение во Христе двух естеств, Божеского и человеческого, можно сравнить с раскаленным клинком, в котором есть одновременно и огонь, и железо. Но опять же, кто попытается слишком буквально отнести это к Самому Господу Иисусу Христу и видеть в этом точное изображение таинства воплощения, а не образную аналогию, перестав осознавать, что это всего лишь пример, тот погрешит. Дух есть Бог. Что такое Дух? Дух, конечно, выражение образное, его нельзя понимать слишком буквально. В собственном значении "дух" - это некоторое дуновение, движение воздуха. Слово это, используемое в Священном Писании, взято из нашего мира, из нашего житейского, земного опыта как некое подобие нематериальности; так же и свет, с которым иногда сравнивается Бог, есть самое нематериальное явление нашего материального мира, служащее образом абсолютной духовности, невещественности, нематериальности. Конечно, в приведенном тексте Богом и Духом назван Отец, и поэтому некоторые придирчивые слушатели могут сказать, что это не относится к Сыну Божиему и Святому Духу - Второму и Третьему Лицам Пресвятой Троицы. Поэтому мы опять обратимся к словам Господа Иисуса Христа, сказанным Им на Тайной Вечере: Имеяй заповеди Моя, и соблюдаяй их, той есть любяй Мя, а любяй Мя, возлюблен будет Отцем Моим: и Аз возлюблю Его, и явлюся ему Сам (Ин.14:21).
Эти слова Господа вызвали недоумение у апостолов, и один из них, поняв их буквально - будто Господь, как общался с учениками во время Своей проповеди, так и впоследствии будет являться им - задал вопрос. Глагола Ему Иуда не Искариотский: Господи, и что бысть, яко нам хощеши явитися, а не мирови? Отвеща Иисус и рече Ему: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет; и Отец Мой возлюбит Его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим (Ин.14:23). Из ответа Господа можно сделать вывод, что явление это чисто духовное, что Господь Иисус Христос не обещал являться всем Своим ученикам чувственно, хотя некоторые из них, например Серафим Саровский или прп. Силуан Афонский, сподобились и такого видения. Здесь речь идет о том, что всякий соблюдающий заповеди сподобится чисто духовного явления Господа внутри самого себя, когда Отец с Сыном и со Святым Духом вселятся в душу человека и он будет духовно созерцать невидимое присутствие Божества - невидимое для телесных глаз, но вполне ощутимое, явственное для духовного ока и прочих духовных чувств человека. Так же и о Духе Святом Господь Иисус Христос сказал: Егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всяку истину: не от Себе бо глаголати имать, но елика аще услышит, глаголати имать, и грядущая возвестит вам. Он Мя прославит, яко от Моего приимет, и возвестит вам (Ин.16:13-14).
То есть все, что имеет Сын, Он имеет от Отца, так же и Дух Святой, исходящий от Отца, имеет то же, что имеют Отец и Сын, и поэтому свойство беспредельности, чистой абсолютной духовности, надмирности одинаково присуще и Отцу, и Сыну, и Духу Святому. Апостол Лука, повествуя о крещении Господнем, когда было явление Пресвятой Троицы, делает следующее интересное замечание: отверзеся небо, и сниде Дух Святый телесным образом, яко голубь, Нань (Лк.3:21-22). Евангелист подчеркивает - телесным образом, и этим дает понять, что на самом деле Дух Святой не имеет никакого вида и формы, и лишь в данном случае Он сошел телесным образом, то есть в образе какого-то тела, на этот раз голубя. Святые отцы говорят, что Он принимал и другие образы, например, когда сходил на апостолов во время Пятидесятницы, принял вид огненных языков; когда апостолы Иаков, Иоанн и Петр на Фаворе созерцали преобразившегося Господа, тогда Он сошел на них в виде светлого облака. Но, конечно же, ни вид голубя, ни огня, ни облака не имеют отношения к существу Божьему, к существу Третьего Лица Пресвятой Троицы. Посмотрите: хотя Дух Святый явился телесным образом, но для человека внимательного делается примечание, чтобы мы не отождествляли Его явление с истинным образом Его бытия.
И Бог Отец, Который в Новом Завете никогда не является ни в каком виде, а только дает о Себе знать голосом с неба, тем самым опять же показывает, что Он никакого вида и образа иметь не может.
И наконец, обратимся к тому, с чего начали, то есть свяжем это вероучительное рассуждение с учением о молитве. Когда Господь Иисус Христос открывал Своим ученикам, как нужно молиться, Он произнес следующие слова: егда молишися, не буди якоже лицемери, яко любят в сонмищах и в стогнах путий, стояще молитися, яко да явятся человеком; аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою. Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, иже втайне: и Отец твой, видяй втайне, воздаст тебе яве. Молящеся же не лишше глаголите, якоже язычницы: мнят бо, яко во многоглаголании своем услышани будут (Мф.6:5). Между прочим, это многоглаголание касается и описания Божества, когда Его восхваляют и приписывают Ему те или иные атрибуты и свойства подобно тому, как называли, например, каких-то языческих богов быстроногими и так далее, считая, что они обладают некоторыми человеческими свойствами, и представляя их антропоморфически, человекообразно.
Господь же, напротив, дает нам такое (известное еще древним верующим в Ветхом Завете) наименование Божества, которое избавляет нас от многоглаголания, в частности от воображения Бога, неприличного для Него, и говорит: не подобитеся убо им, весть бо Отец ваш, ихже требуете, прежде прошения вашего. Сице убо молитеся вы: Отче наш... (Мф.6:8-9) - называет Бога Отцом. Не потому, что Он подобен каким-либо земным родителям, но потому, что это имя указывает на Его необыкновенную любовь ко всему творению, в особенности к человеческому роду. Отче наш, Иже еси на небесех - слова эти, несомненно, имеют глубочайший и широкий смысл, и мы чаще всего понимаем их в том смысле, что наш истинный Отец, наш Небесный Родитель, любящий нас более всех, находится на Небесах, и поэтому мы должны отрешиться от всего земного. Но эти слова можно понять несколько иначе, в соответствии с сегодняшней темой, и между двумя этими пониманиями нет противоречия, скорее, второе служит дополнением первому. Иже еси на небесех - означает, что Отец наш не подобен ничему из земного: ни тому, что мы видим и знаем по чувственному опыту своей жизни, ни тому, что можем представить себе в своем человеческом, земном, ограниченном воображении. Иначе говоря, здесь указывается, что Бог наш не подобен ничему земному, Он выше всякого представления, выше всякого образа, всякого вида.
Мы можем воспринимать слова Отче наш, иже еси на небесех как указание, открывающее нам, что Бог есть Существо совершенно духовное. И потому из этой молитвы, которая, как вы все прекрасно понимаете, является не просто молитвословием, но еще и учением вообще о всяком правильном человеческом молитвенном обращении к Богу, должны сделать вывод, что учение о беспредельности Божества, о Его абсолютной духовности, надмирности имеет первостепенное значение именно для самой молитвы. Если мы этого не осознаем и в своей молитвенной жизни дадим волю воображению и будем допускать какие-либо представления (воображать Бога человекообразным существом либо приписывать Ему те или иные человеческие свойства), то это, конечно же, уведет нас от истинной молитвы; и формально оставаясь православными, мы уподобимся язычникам. Посмотрите, как говорит Господь: Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф.6:6). И в этих словах также содержится учение о совершенной духовности Божества, о том, что мы не должны поклоняться Ему в определенном месте, но от нас требуется, чтобы мы правильно совершали свое служение.