Страница 24 из 185
Такое ощущение, словно они вдвоем бредут через лес жизни... 8 «МЕСЯЦАМИ я вожусь с картотекой архиереев... - писал архиепископ Мануил из Чебоксар. - Она заключается в восемнадцати основных ящиках и включает библиографический материал не более чем 2200 архиереев, не считая обновленческих 270 хиротоний. Я сжился с этой картотекой, вмещающей в себя не менее 20 ООО вкладных карточек, я сжился с именами сотен архиереев (
не знающему этого дела и безразличному непонятны и мои переживания), интимная и официальная жизнь архиереев открывается как живая книга их жизни. Но все они уже усопшие, все они молчат и поучают ~ не делай так, как мы поступали, а подражай праведникам-собратьям своим... Я стал наблюдать в себе попутно, изучая причины и обста- 95 новки жизни архиереев, их кончины и т. д.
, что я как бы поучаюсь у них и укрепляю в себе чувство веры и необходимой подготовки к неизбежно приближающейся смерти (выделено нами. - Н. К.). И душа жаждет покоя и такой внешней обстановки, которая могла бы создать сочетание гармонии внешней и внутренней при наступлении своей кончины. Были кончины у святителей ужасные, омерзительные, отталкивающие.
И они меня повергали в священный трепет и ужас (например, архиепископа Рязанского Смарагда, архиепископа Владимира, бывшего Екатеринбургского, и другие). Но наряду с этим я читал об умилительных и величавых кончинах святителей, и они удивляли и умиляли меня не только до слез, но - рыданий. Особое впечатление производила кончина Антония, архиепископа Воронежского, и Димитрия, архиепископа Казанского (Самбикина). Но были странные кончины (
например, с пером в руке за рабочим столом "на ходу" скончался епископ Порфирий (Успенский) и другие, И я безконечно радуюсь тому, что недаром Господь поставил меня на эту работу, чтобы очистить меня от всякия скверны и нечистоты, чтобы вытряхнуть из меня чувство зависти и недоброжелательства к некоторым здравствующим архиереям и смущающим меня - и сделать меня сосудом, преисполненным мерности во всем внешнем и сочетанием ее с внутренней красотою...» Удивительное признание...
Понятно, что, работая с биографиями пастырей церкви, неизбежно сопоставляешь события их жизни со своей жизнью... Но архиепископ Мануил шел дальше, он вступал с героями своей картотеки в молитвенную связь, и влияние их на него самого и на его помощников было гораздо глубже. Безусловно, что прежде всего молитвенному заступничеству этого Собора русских архиереев и обязан отец Иоанн чудесному изменению своей жизни.
Архиепископ Мануил говорит о цели, ради которой Господь поставил его на эту работу... Промыслительным было и участие отца Иоанна в Соборе, совершавшемся в конце пятидесятых в Чебоксарах. Этот Собор стал школой, в которой рождался архиерей Иоанн... Промыслительно и то, что «участие» отца Иоанна в этом дивном Соборе запечатлено им самим в представленной в духовную академию работе «Духовно-нравственный облик русского архиерея».
Во вступлении отец Иоанн пишет, что епископ является носителем полноты апостольской благодати и поэтому является главным учителем веры... 96 Святитель Иларион, митрополит Киевский... Святитель Иоанн, архиепископ Новгородский... Святитель Петр, митрополит Киевский... Святитель Василий, архиепископ Новгородский... Святитель Алексий, митрополит Московский и всея Руси...
Святитель Стефан, епископ Велико-Пермский... Святитель Иона, митрополит Киево-Московский... Святитель Геннадий, архиепископ Новгородский... Святитель Гурий, архиепископ Казанский... Святитель Филипп (Колычев), митрополит Московский и всея Руси... Великие подвижники, архипастыри проходят перед нами на страницах этой работы, и мы видим, как пристально вглядывается в них отец Иоанн, слышим, как беседует с ними о святительском служении.
Вот он приводит слова митрополита Илариона: «Вера бо благодатная по всей земли распростеся и до нашего языка русского доиде...», и тут же замечает, что митрополит Иларион настолько был проникнут любовию к своему народу, что готов был вместе с ним и радоваться, и каяться во грехах, и молить Бога о помиловании и сохранении Отечества от всякого зла.
Это особенно ярко выражено в его молитве к Богу от лица всего русского народа. «Примечательно, - говорит отец Иоанн, - что в этой молитве святитель Иларион не отделяет себя от паствы, а ставит в единое целое с людьми русскими...» Читаешь это сейчас, когда уже завершился земной путь самого митрополита Иоанна, и ловишь себя на мысли, что это ведь не только про святителя Илариона, а и про самого митрополита Иоанна.
Кто, как не он, был готов вместе с народом каяться во грехах и молить Бога о помиловании и сохранении Отечества от всякого зла... А рассуждения отца Иоанна о святителе Филиппе (Колычеве)? «Основными чертами его облика были смирение и сознание высоты архиерейского сана, твердость веры и готовность все претерпеть за истину, кротость и безгневие, невозмутимость в скорбях, настойчивость в отказе святительского благословения на дела тьмы (выделено нами. - Я. К.)
, мужество, выраженное всенародным обличением крайних беззаконий царя...» Разве не являются эти мысли абсолютно точно осуществленной программой деятельности митрополита Иоанна, чертежом его собственной судьбы?.. Почерпнутые на «Чебоксарском соборе» идеи найдут развитие в созданных уже в девяностые годы митрополитом Иоанном очерках русского самосознания «Самодержавие духа».
97 «Почему же часто безсильна наша молитва? - спросит тогда митрополит Иоанн. - Почему нередко остаются холодными и черствыми наши сердца? Есть в этом какая-то тайна... Есть. Но тайной она остается только для нас -современных немощных христиан, христиан скорее по имени, чем по духу. Для нас, молящихся об избавлении от своих личных, малых скорбей и соблазнов, устами произнося "избави нас", а на деле разумея "меня, меня"!
Эта тайна - тайна церковной СОБОРНОСТИ, когда КАЖДЫЙ молится и просит за ВСЕХ, как за себя. Мы забыли, что мы НАРОД, русский православный народ, народ Божий, и многие беды наши - личные, мелкие ~ суть лишь следствия одной великой всенародной беды: безудержного разгула в России безбожия и сатанизма. А мы все будто чужие друг другу. Каждый сам за себя, каждый сам по себе. И в молитве, и в жизни. И в Церкви, и в миру. Может, стоит оглянуться, прислушаться?
Из глубины веков доносится до нас увещевающий глас святоотеческих поучений. "Мы не говорим: Отче мой, иже еси на небесех - хлеб мой даждь ми днесь, - вразумляет тот же святой Киприан. - Каждый из нас не просит об оставлении своего только долга и не об одном себе молится, чтобы не быть введену во искушение и избавиться от лукавого. У нас всенародная и общая молитва, и когда мы молимся, то молимся за весь народ, потому что все мы составляем единое".
Не с того ли, что мы нарушили это всенародное единство, скрепленное смиренными подвигами русских святых и бранной кровью русских ратников, началось наше падение - с высоты Православного Царства в смердящую пропасть разложившейся "совдепии"? Похоже, пришло все же время покаяния и прозрения. Похоже, Россия допивает последние капли из чаши гнева Божия.
Теперь, обладая огромным трагическим опытом десятилетий сатанинского пленения, нам особенно важно заново осмыслить пройденный путь, научиться отличать добро от зла, истину от лжи, настоящую духовность от лукавой подделки. Так заново учится ходить больной после долгой и тяжелой болезни. Лишь восстановив благодатную преемственность русского религиозно-национального самосознания, можем мы рассчитывать на успешное выздоровление. Иного пути - нет!
В надежде на помощь Божию, осознавая безмерную важность задачи и слабость собственных сил, спешу внести свою лепту в это великое дело. Господи, благослови!» Но это будет сказано тридцать пять лет спустя, и об этом разговор впереди... 98 Пока же вернемся в 1957 год.... «Подал заявление об уходе из семинарии, - пишет отец Иоанн 28 августа 1957 года, - но окончательного результата пока не знаю.
Поэтому до тех пор, пока не получу уведомление из учебного комитета о моем освобождении, буду находиться в Жировицах. Об этом не скорби, а только молись Богу о благополучном исходе моего дела...» 9 ОСЕНЬЮ 1957 года архиепископ Мануил приступил к разработке расширенного «Каталога русских православных архиереев». Работа увлекла и Владыку, и его помощников.