Страница 177 из 230
186 - 187
он делает нас рабами диавола-человекоубийцы, и чем
больше мы работаем греху, тем труднее наше обращение, тем вернее наша погибель. Убойтесь же всем сердцем всякого греха (святой Иоанн Кронштадтский).
Надо еще сказать, что дух привязанности к земному, щадения и жаления земного, есть дух диавольский, и
диавол сам вселяется в человека чрез привязанность
его к земному; он нередко входит в наше сердце, как
наглый победитель, чрез мгновенное пристрастие к
земному, не отвергнутое тотчас, помрачая, подавляя, умерщвляя дух наш и делая его неспособным ни к
какому делу Божию, заражая его гордостью, хулою, ропотом, презорством святыни и ближнего, противлением, унынием, отчаянием, злобой (святой Иоанн
Кронштадтский).
Ты постоянно замечаешь, что Бог никакой самомалейшей мгновенной нечистоты не терпит в тебе, и тебя, тотчас по допущении в сердце какого-либо нечистого помысла, оставляет мир и вместе Сам Бог, и ты
делаешься вместилищем диавола, если тотчас не отвергнешь греха, так что о всяком помысле греховном, тем паче слове и деле греховном, надо сказать: «Это
диавол»; а о всяком помысле святом и благом, равно
как слове и деле, мы должны сказать, что это Бог или
это от Бога. Вообрази же теперь, какая преукрашенная, чистая и непоколебимая Палата Вседержителя
Пресвятая душа и Пречистое тело Богоматери, в утробу Которой вселился Бог-Слово и обитал в Ней
Божеством, Душою и Телом Пречистым? Вообрази, какая Она вечная, бесконечная, неизменяемая святыня! Вообрази, какого благоговения и прославления
Она достойна! Вообрази, кто мы, – трости, ветром
диавольским колеблемыя (Мф. 11: 7); дохнул диавол
своей хулой в наше сердце, и сейчас колеблемся его
хулой, смущаемся, унываем, тогда как надо презирать
все его хуления или не обращать на них внимания, как на мечты (святой Иоанн Кронштадтский).
Вся тварь свидетельствует о бесконечной благости
и правде Творца, сам сатана и его ангелы своим позорным бытием и всезлобными кознями над людьми
доказывают безмерную благость и правду Творца; ибо
кто был прежде сатана и его ангелы – каких светов, какой сокровищницы скольких благ и чего они лишились по своей решительно-произвольной неблагодарности, гордости, злобе и зависти против Господа? Не
пали ли они совершенно обдуманно и намеренно, с
целию вечно воевать против Творца и Его тварей, разумно-словесных людей? Судя по злобным действиям
сатаны в мире, по множеству и силе их, можем догадываться, какой великий могущественный дух был
сатана, прежний денница! Судя по множеству омрачения и прелести его в людях, по всему миру рассеянных
(льстяй вселенную всю (Откр. 12: 9)), можно догадываться, как он был прежде светел и преисполнен истины! В сладости рая Божия был еси, всяким камением
драгим украсился еси (Иез. 28: 13). Судя по наводимым от него вселукавым плотским и нечистым вожделениям, можно заключать, сколь в благости своей, полученной им от Творца, он был вожделенен, любезен! Судя по коварству и злым козням, можно догадываться, как он был умен и сколько он мог принесть
добра, как он много мог бы послужить Творцу Своему
в Его промышлении о низших духах или о людях. По
этому злому, огромному колоссу, сатане, судите, какое
великое, благое, преукрашенное, пресветлое, могущественное, умное создание был прежде сатана! Сколько
он вмещал в себе даров благости Творца и чего он ли188 - 189
шился по злому своему и намеренному безумию! По
злобе его в людях судите, сколь он прежде был благ; по
зависти судите о прежнем его доброжелательстве; по
беспредельной его алчности и скупости в людях судите о его щедротах, по его гордости – о его полученном
от Бога величии; по его унынию в людях, скуке, тоске, иногда нестерпимой, – о его бывшем блаженстве. Ибо
он настолько был прежде благ, насколько теперь зол!
Он предлежит вечным уроком смирения и покорности для всех Ангелов небесных и для всех благомыслящих людей: ибо сколь Ангелы ни совершенны или
сколь люди ни умны, и вообще сколь бы они ни были
в чем-либо совершенны, они все это имеют от единой
благости Творца, а не сами от себя, и должны за все
благодарить Творца и молить о всем с верою несомненною в Его благость и всемогущество, с надеждою
все получить от Него. Злые духи пали по гордости и
злобе: для всех человеков в том урок – смиряться пред
Творцом, считать себя за ничто и все приписывать
Творцу, и жить единственно Творцом и исполнением
Его воли, и – дивны дела Твои, Господи! – то, чего не
сумел и не захотел стяжать денница при всей своей
мудрости, то стяжала Дева из рода вместе бренного
и духовно-бессмертного; Пресвятая Дева Мария стяжала себе смирение беспримерное, стяжала высочайшую святыню. Радуйся, Благодатная: Господь с Тобою!
Призре Господь на смирение рабы Своея (Лк. 1: 28, 48).
Так и все мы, как сами в себе сущая малость, как все
имеющие от Бога, кроме греха, должны постоянно и
глубоко смиряться пред Творцом, во всем прибегая к
Его милосердию (святой Иоанн Кронштадтский).
Премерзкий враг силится уничтожить любовь любовью же: любовь к Богу и ближнему – любовью к миру, его благам мимолетным и к его растленным, богопротивным обычаям, – любовью плотской, любовью
богатства, почестей, удовольствий, игр различных.
Поэтому да погашаем в себе всячески любовь к миру
сему и да возгреваем любовь к Богу и ближнему чрез
самоотвержение (святой Иоанн Кронштадтский).
О нынешних благотворениях. Ты полной мерой
вкушаешь блага земные, подаешь нуждающимся, но
себя ласкаешь больше, значит, делаешь добрые дела
без малейшего самоотвержения. Не велики дела твоих благотворений. А то что еще есть? Какие благотворения мнимые? С благотворительной целью делают
увеселения, т. е. прежде всего хотят намеренно послужить своей греховной плоти, диаволу, а потом уже –
ближнему и Богу. Да это, господа, вовсе не благотворение! Одно только имя благотворения носит. Не
сотворим злая, да приидут благая (Рим. 3: 8). Горе вам, насыщеннии ныне, яко взалчете! Горе вам, смеющимся
ныне, яко возрыдаете и восплачете (Лк. 6: 25) (святой
Иоанн Кронштадтский).
Как много теряют люди в домашней беседе для
оживления ее, чрез то, что не говорят о Боге! Как одушевился, плодился и разнообразился бы их разговор!
У верующих тогда потекли бы реки от чрева их (см.
Ин. 7: 38) спасительных слов. Сколько такие разговоры доставили бы назидания, успокоительности, истинной сладости! Между тем, теперь, не говоря о Боге
в домашних кружках, а говоря о суете мирской, скоро
истощаются в разговоре, скучают и потом убивают
драгоценное время в глупых играх или в танцах. Враг
рода человеческого подметил эту слабость в людях –
заниматься суетными, житейскими разговорами и вообще проводить время в суетных забавах; он извлек и
извлекает для себя из этой слабости огромную выго190 - 191
ду: завел театры, цирки – истое осуществление суеты, истинное посмеяние над суетою людскою, и безумные
между людьми, склонные к суете, к лености и бездействию, охотно посещают эти театры и цирки, не находя для себя лучшего занятия, которое доставляло
бы спокойствие и приятность их духу. Суета суетствий – всяческая суета. Бога бойся и заповеди Его храни, яко сие всяк человек (Еккл. 1: 2; 12: 13) (святой Иоанн
Кронштадтский).
Несомненно, что диавол в сердцах весьма многих
людей сидит какою-то сердечной вялостью, расслаблением и леностью ко всякому доброму и полезному
делу, особенно к делу веры и благочестия, требующему сердечного внимания и трезвения, вообще духовного труда. Так он поражает сердце вялостию, а ум
тупостью во время молитвы; так он поражает сердце
холодностью и бездействием сердечным тогда, когда
нужно сделать добро, например: сострадать страждущему, помочь в беде находящемуся, утешить печального, научить невежду, наставить на пусть истины
заблуждающегося и порочного. Надо постоянно внимать своему сердцу, прогонять из него мглу лености
и окамененного нечувствия, наблюдать, чтобы оно
всегда горело верой и любовью к Богу и ближнему и
готово было на все труды и самопожертвования для
славы Божией и для спасения ближнего. Тщанием
не лениви, духом горяще, Господеви работающе (Рим.
12: 11). Диавол сидит в наших сердцах еще необыкновенно сильной раздражительностью; мы становимся
иногда так больны самолюбием, что не терпим ни малейшего противоречия, препятствия, вещественного
или духовного, не терпим ни одного слова негладкого, грубого. Но тогда-то и надо терпеть, когда доходят
воды злобы и нетерпения до души нашей. В терпении
вашем стяжите души ваша (Лк. 21: 19). Приидоша