Страница 178 из 230
реки и возвеяша ветри и опрошася храмине той (Мф.
7: 27). Что будет с нею, что будет с человеком, когда
на него диавол пустит реку своих искушений и повеет
на него ветром своих козней? Если твердо христианин
стоит на камне – Христе, то не падает, а если стоит на
песке своего мудрования и страстей, то сильно падает
(см. Мф. 7: 24–27) (святой Иоанн Кронштадтский).
Так как Господь составил нас из двух начал – духовного и вещественного, из разумной души и вещественного тела, имеющего нужду в вещественной поддержке, то диавол, назло Богу и нам, силится всячески из
самой этой двойственной нашей природы извлечь для
себя выгоду, склоняя нас к надеянию не на Бога, а на
плотские вещи и чрез плоть прельщая ко всякому греху: к чревоугодию, к блуду и всякой нечистоте, сребролюбию, любостяжанию, зависти, лености, воровству, скупости, ненависти, убийству. Так, например, он
внушает нам, он нудит нас надеяться не на Бога, а на
деньги, на пищу и питье, на человеческие связи, на
чины, отличия и преимущества, на знатность рода, на
ум, на образование, на книги, внушает нам искать наслаждение в пище, питье, одеждах, в концертах светских, в театрах, в смехотворстве, в празднословии, в
игре слов. Но истинный раб Божий всегда и во всем
полагается на Господа своего, действующего вся во
всех, общего всех Отца и Промыслителя, слыша глаголющего: Всю печаль вашу возверзите на Него, яко
Той печется о вас (1 Пет. 5: 7). По начинающемуся в
душе смущению и насилию узнавай велиара и противопоставляй ему тотчас камень – Христа; разобьет о
Него свои зубы велиар, а до тебя не дойдет. Но, смотри, люби всякого, как самого себя (святой Иоанн
Кронштадтский).
192 - 193
Диавол пленяет и побеждает человека в этом мире
тем, что чрез меру возбуждает естественные душевные
и телесные потребности человека, как-то: потребность
пищи и питья (и как на деньги все получается, то и
денег), потребность одеяния, потребность удовольствия, потребность чести или славы, доброго имени. Все
эти и подобные потребности человеческие, вложенные Богом в самую природу человека, диавол извращает непрестанно, доводя до крайних пределов, иногда без всякой нужды (например, в пище и питье), и
тем топит и душу, и тело, отрывает душу от Бога чрез
прилепление ее к чувственному или чрез ниспадение
ее в чувственность и в страсти злобы, гордости, зависти, уныния, лености, чревоугодия, блуда, пьянства, корыстолюбия, честолюбия, и проч. Поэтому нужны:
пост, девство, нестяжание, кротость, смирение, незлобие, вера, надежда и любовь, молитва, богомыслие
(святой Иоанн Кронштадтский).
Береги всемерно свое сердце, или искренность сердечную, способность сочувствия ближним в их радостях и скорбях, и, как яда смертоносного, беги холодности и равнодушия к разным бедам, напастям, болезням, нуждам людским: ибо в сочувствии, особенно деятельном, выражается любовь и доброта христианина, а в любви – весь закон, и, напротив, в бесчувствии выражается наше самолюбие, наша злоба, недоброжелательство и зависть. Так молись за всех, за
кого молиться велит Церковь, или сам добровольно
молишься, как за себя, и не ослабевай в искренности, не теряй внутреннего уважения к лицу или к лицам, о
коих молишься; не допускай погаснуть святому огню
любви, затмиться свету твоему; не унывай от козней
врага, подкапывающего сердце твое и усиливающегося поселить в сердце ко всем отвращение, вырвать из
уст молитву о всех людях, которая есть лучшее доказательство евангельской любви к ближним (святой
Иоанн Кронштадтский).
Люди недоумевают и, сказать правду, многие не верят той чести, которая обещана праведникам в будущей жизни, потому что сатана унизил человечество
в его собственных глазах. Но такая почесть действительно будет, и ее должно надеяться: человек – образ
Божий, для того-то и воплотился Сын Божий, чтобы
восстановить Свой образ. В Священном Писании развита эта мысль (святой Иоанн Кронштадтский).
Когда бываешь очень молод или живешь жизнью
мира грешного, тогда знаешь и Христа Спасителя, и
врага Божьего и человеческого, сатану всезлобного, только по одному имени, и думаешь, что Христос от
тебя далеко – на небе, а диавол где-нибудь есть, только никак не близко и не около тебя, и хотя слышишь, что он зол, но думаешь, что злость его до тебя не касается; но когда будешь в летах зрелых и вступишь в
жизнь подвижническую, когда будешь служить Богу
чистою совестью, тогда испытаешь на сердце и благое иго Спасителя, и тяжелое несносное иго сатаны, который нещадно оскорбляет нас (святой Иоанн
Кронштадтский).
Мы приглашаемся в сообщество Херувимов, Серафимов, Престолов, Господств, Ангелов и Архангелов –
вместо отпадших, возгордившихся духов. – Эти
возгордились и сказали в себе Богу: «Как-то Ты восполнишь наш недостаток, который для Тебя нестерпим и ощутителен, как для Премудрого, не терпящего
ни в чем недостатка и дисгармонии в мире Своем?» –
А Господь, в ответ и посрамление диавола, изволил
194 - 195
создать из персти человека и перстными существами
восполнить недостаток Ангельских миров, вследствие
отпадения гордых духов; и это бесконечное посрамление – бесконечно великое наказание гордецам; оттого-то они все силы адские употребляют на погубление
людей. – Для большего показания любви Своей и для
большего посрамления диавола Сам Господь облекся
в перстное тело человека, чтобы исхитить его из власти диавола (святой Иоанн Кронштадтский).
Дьявол нападает на человека чаще всего тогда, когда его молитва успешна, когда молящийся имеет уже
внутреннее свидетельство, что Господь услышал его
молитву, когда в мыслях его наступил мир и на сердце
его стало сладостно и легко; тогда обыкновенно к концу молитвы при самом малом расслаблении и невнимательности в сердце молящегося проникает тяжесть, огонь, преодолевающий сердце, и человек начинает
чувствовать крайнюю тяжесть от молитвы и отвращение к ней вместо прежней легкости и расположения.
Это – козни, хитрые, подводные действия врага, любящего посмеяться над нами, особенно в конце наших
благочестивых занятий, чтобы мы впали в уныние, в
отчаяние и посчитали бы свои труды в святом деле
потерянными... Примечательно, что это происходит
с более совершенными, особенно со священниками, и
то чаще на большие праздники, когда дьявол старается привести нас в отчаяние неожиданными болезнями, телесными искушениями или внезапными ссорами и крайним бесчувствием и холодностью.
Так как Дух Божий есть грозная сила, страх и мука
демонов, то демоны всеми своими адскими кознями противятся Духу Божию и хулят Его. Так как Дух
Божий есть дух спасающий, дух единения, любви и мира, то они всеми мерами противятся единению, любви
и спасению людей. Из-за них произошло разделение
церквей – на Восточную и Западную, – заметьте: из-за
догмата о Святом Духе и произошло разделение; изза них дальнейшее разъединение римского Запада –
лютеранство, кальвинизм и англиканство; из-за них
раскол в нашей Православной Церкви... Еще демоны
всячески силятся исторгнуть и исторгли из сердец
христиан веру в Евангелие и в Церковь Христову, –
что есть также хула на Духа Святого; – всеми мерами стараются погрузить христиан в дела плотские и
в скверны плотские, чтобы не пребывал в людях Дух
Божий, как в допотопных людях, – и не видим ли мы, что люди преданы сребролюбию, объядению, пьянству, распутству в огромных размерах?.. Еще духи злобы
нападают на Духа Божия в мыслях и сердцах отдельных людей; веру в Него колеблют; горе нам: да не похулим Духа Святого Божия Животворящего (святой
Иоанн Кронштадтский).
Не садись за стол с возмущенным какой-либо страстью духом, чтобы враг не обратил тебе во вред пищу
и питье, в болезнь, а не в здравие: ибо враг чрез все
коварствует и ищет повредить человеку. Садись всегда за трапезу с миром, благодаря Господа, и пища с
питьем будут тебе во благо и во здравие: потому что
благословение Божие почиет и на пище, и на тебе самом! (святой Иоанн Кронштадтский).
Никогда не отчаивайся в милости Божией, какими
бы грехами ни был связан по искушению диавольскому, но молись всем сердцем с надеждою на помилование, толцы в двери милосердия Божия – и отверзется
тебе. Я, грешный иерей, пример тебе: как я ни согрешу иногда по действу диавольскому, например – ино196 - 197
гда со враждою к брату отнесешься из-за чего-нибудь, хоть бы даже из-за правого дела, и весь расстроишься, и брата вооружишь на себя, и таинство святое совершишь недостойно, не по пренебрежению вольному, а