Страница 24 из 33
И это конечное свершение и имеет своим прообразом последнюю трапезу Спасителя со своими учениками с установлением таинства Евхаристии. Таким образом явлению Христа на земле в человеческом облике и соединению с Ним людей в Евхаристии противополагается другое явление — в силе и славе, и другое единение — более полное и всеобъемлющее. Оно предвосхищается уже теперь, но окончательно осуществится только в конце истории, после Страшного Суда. Однако и из этого могут быть исключения, на что указывает текст Мф. 16: 28[125].
4) К чему он относится? Как возможно видение Царствия Божия?
Повидимому Спаситель говорит здесь о Своем Преображении, которое и было ни чем иным, как видением Царствия Божия, эсхатологически пришедшего в силе. Ибо увидеть в Иисусе Христе Сына Божия и значило увидеть его в Его Славе, внешне являющейся в виде Фаворского света. Однако мы знаем, что Бог во мраке (или свете — здесь эти слова равнозначущи) живет неприступном, и увидеть Его нельзя. Как же примирить это противоречие?
На этот вопрос отвечает история так называемых Паламитских споров, имевших место на Афоне в XIV в. в связи с богословием Преображения. Они возникли на почве монашеской практики умного делания, при котором молитвенники при некотором сосредоточивании начинали видеть некий свет, который они и принимали за свет Христов. Против них выступил ученый монах Варлаам, занявший рационалистическую позицию и доказывавший, что явление этого света есть результат психофизиологического состояния молитвенника и действие физических и оккультных сил. Но на защиту исихастов (от исихия — покой) (или квиэтистов) встал Григорий Палама, и таким образом и возникли эти споры о том, чем собственно является Фаворский свет и что видели ученики Христа во время Преображения. Ряд соборов, созванных по этому поводу, высказался против рационалистического толкования, т<о> е<сть> в том смысле, что в данном случае мы имеем не субъективные состояния восторженности, не галлюцинации, но подлинное видение света Христова. И в Преображении Своем Господь явил Себя ученикам так, как Его будут видеть спасенные в Царстве Божием; это есть предвосхищенное видение второго пришествия в силе и славе.
О комментарии
Чрезвычайно сложно комментировать текст, который сам по сути является комментарием — комментарием к Новому Завету. Апелляции к Писанию у Булгакова постоянны; для верного и полного восприятия «Протоколов» действительно необходимо иметь Новый (да и Ветхий) Завет под рукой. Анализ ссылок на Писание в тексте «Протоколов» (которые, не будем забывать, являются записью семинарских занятий, то есть допускают некоторую возможность неточности в научном аппарате), показывает, сколь расходятся порой ссылки на евангельские тексты с самими текстами — и не столь уж важно сейчас, являются ли эти расхождения ошибками памяти самого о. С. Булгакова, ошибками записывающего (Л.A. Зандера) или ошибками набора. Кроме того, фигура Булгакова-экзегета, толкователя Св. Писания (а не просто «философа» или «богослова»), несомненно, осталась «за кадром» практически всех исследований, посвященных его творчеству. Начинать же следует, на мой пристрастный взгляд, не с аналитических ретроспекций, а с простой констатации тех фрагментов Писания, которые наиболее часто попадали в поле зрения о. Сергия Булгакова. Поэтому наиболее верной формой комментария автор этих строк сочла простую реконструкцию библейского (и в редких случаях — литургического) текста. Поскольку в большинстве случаев речь идет об Евангельских притчах, названия притч выделены курсивом.
Необходимые пояснения внутри евангельского текста заключены в квадратные скобки. Неоднократное обращение Булгакова к одному и тому же фрагменту Писания обусловили систему отсылок внутри Комментария (например: Притча о вечере: см. примеч. 35). Названия Евангелий даются в общепринятом сокращении: Мф., Мр., Лк., Ио. Перевод же иноязычных терминов, дескрипция философских и богословских понятий, восстановление исторического контекста — словом, все, что обычно составляет комментарии, частично оговорены в Предисловии, частично же должны явиться предметом отдельного исследования.
Публикация, подготовка текста и примечания
А.И. Резниченко
Примечания
1
Впервые: С.Н.Булгаков: Религиозно-философский путь: Международная научная конференция, посвященная 130-летию со дня рождения. Сборник материалов / Науч. ред. А.П.Козырев, сост. М.А.Васильева, А.П.Козырев. М., 2003. Текст дан в авторской редакции.
2
См.: Л.А. Зандер. Бог и Мир. Париж, 1948. Т. II. С. 353-354; Serge Boulgakov. Bibliographie [Сергей Булгаков. Библиография] / Сост. К.Наумов. Париж, 1984; В.Н.Акулинин. С.Н. Булгаков. Библиография. Новосибирск, 1996. С. 15; монахиня Елена [Е.Казимирчак-Полонская]. Профессор протоиерей С.Н. Булгаков (1871-1944) // Прот. С. Булгаков. Из памяти сердца. Орел, 2001. С. 224.
3
См.: Сводный каталог периодических и продолжающихся изданий русского зарубежья в библиотеках г. Москвы. М., 1990. С. 76; L’Emigration russe en Europe. Catalogue collectif des periodiques russez 1855-1940 [Русская эмиграция в Европе. Общий каталог русской периодики] / Сост. Т. Осоргина-Бакунина. Париж, 1990. Т. I . С. 157
4
К сожалению, библиотека в Медоне уже прекратила свое существование (сообщено А. Козыревым).
5
По-видимому, аутентичное библиографическое описание текста должно выглядеть следующим образом: Новозаветное учение о Царствии Божием. Протоколы семинария проф<ессора> прот<оиерея> (по записи Л.А.Зандера) // Духовный Мир Студенчества. Прага. 1923. № 3. С. 47-69; Прага. 1924. №4. С. 51-71; Париж. 1925. № 5 (de visu недоступен). Отдельные оттиски этого сочинения, позволяющие рассматривать его полностью, как целостное произведение, и легли в основу настоящей публикации.
6
Это письмо А.С. Глинке от 19 (2) марта/апреля 1923: Смерть первая и воскресение первое. Письма Булгакова 1917-1923 гг./ публ. М.Колерова // Новый мир. 1994, № 11. С. 206.
7
Из отчета о летней конференции в Штернберге (Духовный мир студенчества (Далее – ДМС). 1923. № 2. С. 18): «В субботу о. Сергием Булгаковым была отслужена всенощная, а в воскресение литургия. Всенощную о. Сергий служил в открытом поле, под навесом огромного гумна. Гирляндами цветов и листьев были украшены временный иконостас и престол. Все, кто мог, принимали участие в создании этого скромного храма и в Богослужении. Тихое стройное пение церковных песнопений привлекло к нашей общей молитве и окрестных жителей. Молитвы и слово о. Булгакова проникали глубоко в душу». Монахиня Елена: в 1923 году Булгаков «объединяет вокруг себя русскую молодежь с серьезными религиозными запросами и, становясь ее духовным руководителем, ведет систематический богословский семинар, посвященный новозаветному учению о Царствии Божием, принимает самое активное участие в ряде важнейших религиозно-общественных предприятий молодежи. В октябре 1923 года он становится главным организатором Братства Святой Софии в Чехословакии. – Монахиня Елена. Профессор протоиерей С.Н. Булгаков, С. 223-224.
8
ДМС. 1924. № 4. С. 35, 39, 43.
9
Здесь и далее текст Протоколов цитируется по настоящему изданию без указания страниц.
10
Конференция Всемирной Христианской студенческой федерации для Восточной Европы // ДМС. №1. С. 9-10; О современном РСХД в России // ДМС. № 2. С.21.
11
В.В. Зеньковский: «Скрытые силы, таящиеся в нас, в нашем движении, богаче, чем мы сами думаем. Одно ясно и бесспорно – это связь с Церковью. Это – альфа и омега, начало и конец. церковь это Тело Христово, и мы его члены. Не нужно спешить, пусть внешнее будет меньше внутреннего. Самая дорогая связь – это связь во Христе (…) Мы ничтожны и слабы, но нам вручены ценности. Мы свеченосцы…». – ДМС. 1923. №3. С. 45.
12
Прот. С. Булгаков: «Между тем, в то время как наша молодежь теперь не имеет многого из того, что мог иметь средний студент во времена моей молодости, ей вверены к исполнению великие духовные подвиги, ей дано повернуть русскую душу новым путем, всю русскую жизнь поставить на новые рельсы. Вы должны вернуться на родину новыми людьми, людьми мысли, сознания, науки и веры (…) Ни я, ни вы не имеем ни сил, ни данных разрешить эту задачу, но мы имеем силы и данные сознать ее и ее восхотеть. Я знаю, что не все и теперь этого хотят, я слышу внутренно тех, которые остаются на том (курсив Булгакова. – А.Р.) берегу, духовно не пережив революции, ее не преодолев. Они встретят речи о необходимости религиозного возрождения холодно и недоверчиво, быть может, насмешливо, но это и меня оставляет холодным. Для меня незыблемо, что в интеллигенции зарождается уже дух обновления (…). А пока будем вместе искать путей, не только изучением, но и делом жизни (…) мы для религиозного просвещения имеем столь немногое, но зато Бог дал нам умягчающий душу опыт страдания, потрясений, гибели, и в сердцах наших слышатся зовы и откровения истории». – Как видим, интонация Булгакова все же существенно отличается от интонации даже В.В. Зеньковского («мы ничтожны и слабы, но нам вручены ценности», и, отсюда, «мы свеченосцы»): «мы имеем…