Страница 6 из 42
"Основной тезис о. Доримедонта в критике свт. Игнатия заключается в том, что он считает его мнение единичным и противоречащим общему святоотеческому учению (С. 49). Однако когда автор начинает тщательно описывать опыт святителя и сравнивать его с опытом других подвижников,.. обнаруживается как раз не отличие, а сходство его опыта с опытом других отцов. Но автор почему-то этого сходства не желает заметить, а настаивает именно на различиях. Недавно были опубликованы письма святителя Феофана Затворника будущему афонскому старцу Феодосию Карульскому, который, будучи еще студентом и мечтая о монашеском послушании, искал совета у великого подвижника. Его советы о послушании поразительно сходны с советами святителя Игнатия, возникает даже впечатление, что это написано одним и тем же человеком: Вы прочитали брошюрку, что потребно кающемуся, и увидели, как необходим руководитель-старец. Но там также изображено и каков он должен быть в истинном своем значении. Вот тут-то и горе нам. У меня изображено, каковы были руководители и как относились к ним руководимые в оные времена. Ныне вы ни тех, ни других не найдете. Старец Паисий Величковский, Нямецкий настоятель, искал себе руководителя в России и не нашел. Отправился на Афон, там искал и не нашел.
И порешил, что ныне руководство одно - книги отеческие, а чтобы не сделать ошибки в своих решениях, надобно двум-трем единодушным соединиться и руководиться общим советом по указаниям книг (Русский Паломник, № 24, 2001. С. 107).
Приведенный выше текст, - продолжает отец Владимир, - свидетельствует как раз о том, что на Святой Горе был опыт, схожий с опытом свт. Игнатия, ведь старец Паисий подвизался на Афоне, и старец Феодосий также отправился на Святую Гору. Таким образом, три столпа аскетического делания, канонизированные святые, принадлежащие одной эпохе, согласно свидетельствуют об одном и том же. А с этим уже невозможно не считаться, и невозможно это отнести к их личному опыту, потому что где двое или трое собираются во имя Христа, там и Христос посреди них. А что эти трое собрались во имя Его - в этом не приходится сомневаться... Такое согласное учение всех трех подвижников заставляет отнести это свидетельство к характеру эпохи. Но, собственно, и нового-то в их учении ничего не было - оно было таким же традиционным, как и все, чему учили эти подвижники. Просто было в этом учении акцентировано то, что представляло определенную духовную опасность в наступающем времени". 24
Трудно не согласиться с наблюдениями автора! Из творений святителя Феофана очевидно, что он полностью согласен со свт. Игнатием в том, что в монастырях ныне нет духовного руководства и что это одна из самых важных проблем того времени. Кто внимательно читал письма Затворника Вышенского, знает, что собирающимся поступить в монастырь он советует прежде найти себе духовного руководителя, потому что в монастыре его найти будет затруднительно, почти невозможно. Если удастся по милости Божией отыскать его прежде вступления в обитель, можно в дальнейшем руководствоваться его советами посредством переписки, да и к самой жизни в обители, еще будучи в миру, человек сможет подготовиться, поучившись у духовника основам послушания и молитвы.
Вообще, святители Феофан и Игнатий - два великих столпа Русской Церкви XIX столетия, творения которых взаимно дополняют друг друга, поэтому в равной мере должны быть во всех своих частях непременно изучены теми, кто сегодня желает полноценно проводить духовную жизнь, особенно монашествующими.
Отец Доримедонт, однако, выискивает у святителя Феофана частный негативный отзыв о трудах святителя Игнатия: "в его сочинениях есть ложь", - и спекулятивно помещает его в контекст данной книги о послушании, хотя спорили святители совсем о другом! Помимо богословского вопроса о природе Ангелов святитель Феофан нигде не высказывает несогласий со свт. Игнатием. Поскольку в задачу данной работы не входит рассмотрение данного полемического вопроса, заметим лишь, что в учении о природе Ангелов, как и во всех без исключения частях своих творений, свт. Игнатий строго руководствуется учением Святых Отцов Православной Церкви, в чем легко убедиться прочитав само "Слово о смерти 25" и "Прибавление к Слову о смерти " , а также статью святителя "Ответ Православного на рецензию Слова о смерти и других сочинений еп. Игнатия священником Павлом Матвеевским 26" . В целом же о творениях свт. Игнатия свт. Феофан отзывался положительно: "Книги его нужно читать не морщась", - пишет он одному из адресатов.
Вот что пишет игумен Марк (Лозинский) в статье "К вопросу о взаимоотношениях святителей Игнатия (Брянчанинова) и Феофана Затворника 27" : "К сожалению, при изучении данного вопроса (о природе Ангелов - ред.) некоторые слушатели теоретическую полемику переносят и на личные отношения двух святителей, считая, что сами подвижники... находились чуть ли не во вражде между собой... Прежде всего нужно отметить то, что полемика по вопросу о природе Ангелов в основном разгоралась уже после кончины Преосвященного Игнатия. Выступая против мнения Преосв. Игнатия, еп. Феофан до конца своих дней сохранил глубокое уважение к личности своего современника и даже иногда ссылался на его авторитет.
...В период с 1844 по 1847 гг., когда иеромонах Феофан был бакалавром по кафедре нравственного богословия и помощником инспектора Петербургской Духовной Академии, он уже знал известного в то время во всех слоях столичного общества Сергиевского архимандрита Игнатия. Можно с уверенностью сказать, что молодой преподаватель очень скоро проникся глубоким уважением к о. Игнатию за его мудрость, богословскую эрудицию, правильное понимание и деятельное прохождение внутреннего христианского подвига. Никому другому, а именно ему иером. Феофан доверил пересмотр своих лекций по нравственному богословию. В 1888 году еп. Феофан сам писал об этом: Прочитали "Путь ко спасению". Добре... И еще прочитайте когда-нибудь. Тут все, что мною писалось, пишется и будет писаться. Это мои уроки студентам С.-Петербургской Академии. Конспект пересмотрен с о. архимандритом Игнатием, после бывшим архиереем Брянчаниновым, и им одобрен (Собрание писем свт. Феофана. М., 1898. Вып. 1. С. 222). Мнение Сергиевского настоятеля было авторитетно для бакалавра Духовной Академии, и он счел нужным подтвердить это и спустя сорок лет, несмотря на разномыслие с еп. Игнатием по вопросу об Ангелах.
...Получив сочинения епископа Игнатия, преосвященный Феофан ответил ему:
Ваше Преосвященство, Милостивый Архипастырь!
Искреннюю приношу благодарность Вашему Преосвященству за дорогой подарок Ваш. Он и без подарения подарок православным. Авось оживит заснувших. И сия благодать пробуждения да сопутствует всякой книжке и всякую душу да проникает при чтении ея..."
По поводу предполагаемого оставления святителем Феофаном архиерейской кафедры между святителями завязалась переписка. Игумен Марк пишет о ней: "Эти письма с полной очевидностью говорят о том, что хотя святители и не были согласны в учении о природе Ангелов, но это нисколько не отразилось на их личных отношениях. Их письма проникнуты духом любви и взаимного уважения. После блаженной кончины еп. Игнатия Преосвященный Феофан ссылался на авторитет Бабаевского затворника".
В книге "Что есть духовная жизнь, и как на нее настроиться?" святитель Феофан говорит: если человек хочет знать Божию волю, чтобы ее исполнить, Господь обязательно ее откроет. Но он отнюдь не пишет, что откроется она непременно через старца. В письмах о духовной жизни святитель указывает, что в наши времена нужно иметь не только духовника, но также советника, и в тех вопросах, где с духовником не получается достичь взаимопонимания, обращаться к советнику. Какой же смысл имеют эти слова, если любого духовника нужно слушаться безоговорочно? Следуя логике о. Д., святителя Феофана тоже должно признать сторонником "богословия непослушания", как, впрочем, и других Отцов.
Все Святые Отцы последних времен, предлагая в руководство отеческие писания при совете духовника, указывают на преобладающее значение именно писаний. Совет же духовника важен, необходим, но при этом является дополняющим и разъясняющим писания. И сам этот совет должен, в свою очередь, вытекать из отеческих книг. Отцы последнего времени указывают на особенную ценность тех духовных руководителей, которые свои советы основывают на опытном знании святоотеческих писаний, обильно сопровождая свои наставления цитатами из них. Преподобные Нил Сорский, Паисий Нямецкий - ближайшие к нам по времени аскетические писатели, которые так же, как святители Игнатий и Феофан, постоянно говорят об оскудении духовного руководства и необходимости обращения к книгам.