Тахвиты

Итак, прекрасен, справедлив и верен сей совет[764], который я даю самому себе и вам, возлюбленные мои монахи [ihidaye], пребывающие в безбрачии; девы [btUlata], не приналежащие мужу; и те, кто возлюбили целомудрие [qaddisUta].

Достойно, правильно и прекрасно, чтобы, даже претерпевая скорбь, человек пребывал в одиночестве. И так подобает ему жить, как написано пророком Иеремией: Благо человеку, когда он несет Твое иго в юности своей; сидит уединенно и молчит, ибо взял на себя Твое иго[765]. Следовательно, возлюбленный мой, тому, кто возложил на себя иго Христово[766], подобает сохранять иго свое в чистоте. Вот написано, возлюбленный мой, о Моисее, что с того времени как явился ему Святой [qaddisa], он возлюбил святость [qaddtsuta], и с того времени, как он получил освящение ['etqaddas], его жена больше не служила ему, ибо написано: Иисус Навин был служителем Моисея с юности своей[767]. И еще написано об Иисусе: От скинии не отлучался[768]. А в скинии собрания женщины не служили, потому что не позволял Закон входить им в нее. И даже когда приходили они помолиться, то лишь при дверях походной скинии они молились и уходили. И также священникам предписано, чтобы они сохраняли воздержание [iqaddisUtA] во время своего служения [264] и не касались своих жен.

И об Илие написано, что в то время, когда он обитал на горе Кармил[769] у потока Хорафа, служил ему ученик его. И так как сердце его было на небе, то птица небесная приносила ему пропитание. И так как он уподобился небесным ангелам, то они приносили ему хлеб и воду, когда убегал он от Иезавели[770]. Все помышление свое он устремил к небу и поэтому был восхищен на огненной колеснице на небо, которое и стало его вечной обителью[771].

И также Елисей следовал своему учителю, и когда он обитал в горнице Сонамитянки, то и ему служил ученик его. И так сказала эта Сонамитянка: Пророк Божий, который постоянно проходит мимо нас, святой [qaddts]. Подобает для его святости [qaddtsUte] сделать ему горницу и все необходимое[772]. Что же из необходимого было в горнице Елисея? Только постель, стол, седалище и светильник. И что сказать нам об Иоанне, который и вовсе не обитал среди людей, чтобы в совершенстве[773] сохранить свое девство [btUlUta], и он воспринял дух Илии[774]. И также блаженный апостол сказал о себе и о Варнаве: Или мы не имеем власти есть [265] и пить и иметь спутницами жен? Но не должно и не следует[775]. Итак, братья мои, вот мы узнали и увидели, что от начала через женщину был вход врагу в людей. Но и доныне он действует через нее, потому что она есть оружие сатаны. Через нее он воюет с подвижниками и через нее напевал он во все времена, ибо с первого дня она была ему арфой. Из‑за нее было наложено законное проклятие, и из‑за нее появилось обетование смерти, так что в муках она рожает детей[776] и предает их смерти. Из‑за нее проклята земля, которая стала производить терния и волчцы[777].

Однако с тех пор как пришло Дитя благодатной Марии,

Терния выкорчеваны,

Пот отъят,

Смоковница проклята[778],

Прах соделан солью.

Проклятие пронзено Крестом[779],

Острие меча отъято от Древа жизни,

И оно дано в пищу верным[780].

Рай обещан блаженным —

Девственникам [btule] и святым [qaddise].

И плоды Древа жизни даны

В пищу девственникам [btUlE] и верным,

И творящим Божию волю.

Дверь распахнута[781],

Путь проторен,

[268] Источник забил[782]И напоил жаждущих.

Стол накрыт[783],

Пир готов,

Бык тучный заклан,

Чаша спасения растворена,

Благовоние приготовлено,

Жених приблизился, чтобы возлечь,

Апостолы призывают,

И званые весьма многочисленны[784].

Вы же, избранные, приуготовьтесь,

Свет воссиял, услаждающий и прекрасный,

Одежды нерукотворные приготовлены.

Зов приблизился,

Гробы отверзлись[785],

Сокровищницы раскрылись,

Мертвые воскресли

И живые летят к Царю[786],

Чертог готов,

Рог ободряет,

Трубы торопят[787],

Ангелы небесные устремляются,

Престол для Суда приготовлен.

Кто трудился — ликует[788],

Кто уклонился — трепещет,

Нечестивый к Судье не приблизится.

Сыны десницы веселятся,

А те, кто ошуюю, плачут и рыдают[789],

Те, кто во свете — наслаждаются,

А те, кто во тьме — воздыхают:

Как бы омочить им язык свой.

Но благодать проходит,

Воцаряется справедливость,

И покаяния нет на месте том.

Зима приближается,

Лето проходит.

Суббота покоя грядет,

Труд умолкает.

Ночь упраздняется,

И воцаряется свет —

Сокрушается смертное жало,

И жизнь поглощает смерть[790].

Сходящие в ад плачут,

И зубы их скрежещут.

А идущие в Царство радуются,

Веселятся, ликуют и славословят.

Тем, кто не взял себе [269] жен,

Служат небесные Ангелы.

И хранящие целомудрие [iqaddisUtA]

В святилище Всевышнего упокоеваются.

Всех монахов [ihidayE] возрадует Единородный [ihidaya], Сущий в лоне Отца. Не будет там ни мужского пола, ни женского, ни раба, ни свободного, но все будут чадами Всевышнего[791]. И все чистые девы [btulata], обручившиеся Христу, зажгут свои светильники и вместе с Женихом войдут в Его брачный Чертог[792].

Все девы, что обручились Христу, далеки от законного проклятия, и от наказания дочерей Евы они избавлены. Ведь они не имеют общения с мужчинами, чтобы не подпасть под проклятия и не быть в скорби. Не помышляют они и о смерти, не предав ей своих сыновей, но вместо смертного мужа они обручились Христу. И, так как они не рожают сыновей, дано им имя, которое лучше сыновей и дочерей[793].

Вместо плача дочерей Евы

Они возглашают Жениху песни.

Брачный пир дочерей Евы [длится] семь дней,

А у их Жениха не прекратится вовек.

Наряды дочерей Евы из шерсти, что ветшает и тлеет,

Их же одежды не снашиваются вовек.

Красота дочерей Евы увядает от старости,

Но их красота обновится в день воскресения.

[272] 7. О девы [btulata], обручившие себя Христу, когда кто‑либо из сыновей Завета скажет одной из вас: «Я поселюсь с тобой, и ты служи мне», — так скажи ему: «Я обручена Мужу Царю и Ему Одному я служу, а если я оставлю служение Ему и буду служить тебе, то Он разгневается на меня, напишет мне разводное письмо и выведет меня из Своего дома. Как бы не настигло нас наказание тем временем, пока ты ищешь, чтобы я удостоила тебя, а ты удостоил меня. Не влагай огонь себе в пазуху, чтобы не прогорело платье твое[794], но ты пребывай в своем достоинстве, а я — в своем. И так как Жених приготовил Свой вечный пир, то сделай ты подарок и приготовь себя для встречи с Ним, я же заготовлю себе масло, чтобы войти с мудрыми девами[795] [btulata] и не остаться за воротами с глупыми».8. Внимай, возлюбленный мой, я напишу тебе о том, что подобает монахам [ihidaya] — сынам Завета: девственникам [btulE] и целомудренным [qaddise].

Прежде всего надлежит человеку возложить на себя некое бремя, чтобы окрепла его вера, как я писал тебе в первом письме.

Пусть он будет усерден в посте и в молитве

И [273] горит любовью к Христу.

Пусть он будет кроток, умерен, разумен,

И пусть мирным и сладким будет слово его.

Пусть умом он пребудет светел со всеми

И произносит слова свои с мерой.

Пусть положит ограду устам для слов вредоносных

И не будет скорым на смех.

Пусть не любит нарядных одежд,

И не следут ему отращивать и украшать свои волосы,

А также помазываться ароматными маслами.

Пусть не возлежит он на брачных пирах,

И не подобает ему носить нарядные одежды.

Он не смеет пить вина чрезмерно,

И да удалит он от себя высокоумие.

Не должно ему засматриваться на нарядные одежды,

И пусть не одевает красивые накидки.

Пусть отсечет от себя язык коварный

И отведет от себя завистливость и ссору.

Пусть отклонит от себя уста лживые

И слова, сказанные об отсутствующем, пусть не слушает и не принимает,

Пока не разузнает, чтобы не согрешить.

Презрение есть ненавистный порок,

И не должно, чтобы оно восходило на сердце.

Пусть не одалживает, получая прибыль,

И да не любит жадности.

Угнетаемый

Сам да не угнетает.

И еще да удалит от себя буйство

И не произносит слов грубых.

Пусть не смеется над человеком,

Приносящим покаяние в грехах своих.

И не насмехается над братом, который постится,

А того, кто не может держать пост, да не стыдит.

На месте, [276] где будет принят, пусть упрекнет себя,

А там, где не примут его, пусть помнит свое достоинство.

Пусть говорит, когда принимают слово его,

А если не принимают, то пусть пребывает в молчании.

Пусть не презирает себя за домогательства чрева,

Ибо откроет Бог Тайну Свою тому, кто боится Его.

Пусть от злобы хранит себя

И с озлобленным не говорит,

Равно как со врагом своим.

Но пусть сражается так,

Чтоб совершенно лишиться врага.