Винокуров Н. И.

Дно сооружения соответствовало дну ямы и маркировано закраинами, которые остались на некоторых нижних плитах кладки, впущенных в насыпь террасы с прослойками материковой желтой глины.

На дне «колодца» прослежена прослойка плотной серо-зеленой хлоритизированной вязкой глины, толщиной 1,5-3,2 см, поверх которой располагалась прослойка горелого грунта, фактически сажа интенсивного черного цвета с большим количеством перегорелого зерна (пшеницы или ячменя). Ее толщина - 2-3 см. От действия сильного огня на некоторых придонных плитах облицовки остались пятна прокала красно-бурого цвета.

В северо-западном углу каменного «колодца» обнаружено сильно скорченное захоронение подростка (рис. 9-10). Погребенный лежал на вышеописанном слое горения на спине вдоль северного борта, головой на запад, ноги сильно согнуты в коленях и развернуты в северном направлении. Сохранность костей плохая, кости черепа растрескались, зубы выпали.

Череп погребенного был смещен от нормального анатомического положения, поставлен основанием на переднюю часть груди покойного и развернут лицом на юго-восток. Нижняя челюсть закрывала правую ключицу, верхний отдел позвоночника, плечевую кость правой руки. Челюсть находилась in situ, что говорит о смещении черепа еще до разложения мягких тканей. Затылочной костью череп почти примыкал к западному борту «колодца». Правая рука умершего сильно согнута в локтевом суставе, кисть перекрыта костями ног.

Кости нижних конечностей перекрывали грудную клетку и левую руку, вытянутую вдоль корпуса. Грудина отсутствовала. Ребра сильно повреждены норами грызунов. Бедренные сдвинуты от костей таза, но сохранили связь в коленных суставах с костями голени. Кости стоп полностью уходили под малые и большие берцовые кости. Такое положение признать естественным невозможно. Очевидно, перед погребением ноги по бедренным суставам были отчленены от тела, а стопы - по суставам от голеней. Кроме того настолько сильная скорченность ног, скорее всего, объясняется подрезкой сухожилий. Возможно, была отделена и голова.

Под лопатками костяка обнаружен профиль горла средневековой красноглиняной амфоры (рис. 73.10), что позволяет датировать время совершения данного захоронения VIII-IX вв. после Р.Х.

Костяк умершего находился в слое темно-коричневого средней плотности грунта, мощностью до 0,86-0,90 м. Этот нижний горизонт заполнения «колодца» содержал прослойки золы, мелкие угольки, раковины виноградных улиток и брахиопод, отдельные амфорные стенки, кости животных (нескольких мышей, четырех зайцев и лисенка19, попавших сюда, скорее всего, случайно). Здесь была найдена ножка остродонной античной амфоры коричневой глины первых веков после Р.Х. (рис. 73.9).

По центру ямы располагались друг на друге несколько грубо околотых плиты известняка, на верхнем из них на высоте 0,80 м от дна обнаружен вниз рогами череп 25-летнего крупного быка, ориентированный по оси юго-запад-северо-восток. Около камней найдены в беспорядочном состоянии кости хвоста и плюсневые кости ног. Данные остеологические остатки свидетельствует о захоронении шкуры быка, снятой вместе с этими частями скелета.

Положение человеческих останков, вплотную придвинутых к борту облицовки, предполагает большие размеры шкуры, - заместительной ритуальной жертвы – шкура вместо целого животного.

Выше этого горизонта засыпи каменный «колодец» заполнял однородный, очень рыхлый и сыпучий, светло-серый щебенистый грунт с прослойками темно-коричневого суглинка. Его мощность достигала 1,60 м. Он почти не содержал находок, за исключением нескольких стенок античных амфор и реберчатой ручки средневековой корчажки красно-коричневой глины. Горловину каменного сооружения перекрывала массивная четырехугольная поилка (размером: 1,10/1,20х0,70х50/0,60 м, глубиной – 0,30 м), вырезанная из известнякового блока. Она была сброшена в наполовину засыпанный «колодец» боком и полностью не закрыла его горловину. Внутрь попадала вода, смывался и надувался ветром грунт, который и образовал верхний естественный ярус заполнения. Диагональное расположение поилки превратило незасыпанный «колодец» в своеобразную ловушку для случайно попавших туда животных, так как выбраться из него без посторонней помощи они не могли.

Расположение данного сооружения на самом высоком месте городища гораздо выше водоносного горизонта исключает использование его в качестве обычного колодца. Особенности конструкции, отсутствие гидроизоляции говорит о невозможности хранения и сбора в нем воды. Находки неподалеку от устья колодца жернова, диаметром 0,28 м, из мелкозернистого серого камня с железной осью по центру и обломка плиты античной зернотерки из диорита (см. Отчет ААЭ 1999 г., рис. 79, 175а), остатки обгоревшего зерна на дне могут косвенно указывать, что облицованная камнем яма предназначалась для хранения зерна, а только затем была использована для совершения погребения. Однако, у многих народов в погребальной практике широко применялись зерна злаков, символизирующих возрождение. Жернова и зернотерки также часто использовались в магических целях. Таким образом, некоторые особенности захоронения и вышеуказанные соображения не позволяют отказаться от версии, что яма, облицованная камнем в виде «колодца», была изначально ритуальным объектом, специально сооруженным для погребальной церемонии.

На этом же участке на дне перекопов VIII-IX вв., заполненных темно-коричневым грунтом с большим количеством щебня и бытового мусора с разновременным материалом I-III вв., костями животных, находили и другие человечески останки20.

В 12-13 метрах севернее 1995 г. «колодца» вместе с челюстью взрослого мужчины обнаружили кости черепа и ноги жеребенка. Они находились на дне большого средневекового перекопа, прорезающего в кв. НО-17-18 траншею выборки подпорной стены 44 террасы II-III вв. н. э. (рис. 7) В 2001 г. в 7-8 м северо-восточнее «колодца», раздавленный череп взрослого человека сопровождали длинные кости и фрагменты черепной коробки быка(?)(рис. 7). Кости компактно лежали на дне перекопа аморфной формы, диаметром до 5 м, глубиной не менее 4,5 м, на глубине 1,90-2,90 м. Перекоп был выкопан при добыче камня из северо-восточной башни «Цитадели».

Обращает на себя внимание совместные находки черепов животных и людей, что является важным указателем на наличие культа ритуально отрубленной головы.

В нескольких десятках метров к северо-востоку от южного комплекса и перекопов с человеческими останками на дне найден в 1989 г. в кв. П-16 небольшой жертвенник(?) (рис. 7, 11). Он был сооружен из каменного корыта (бывшего во вторичном использовании?) и жернова с круглым отверстием по центру, который, видимо, его закрывал. Жернов был разбит на несколько крупных фрагментов, найденных у подошвы корыта. Его диаметр - 0,54 м, толщина - 0,09 м. Корыто (размером 0,62х0,51, высотой 0,24 м) высечено из каменного блока и напоминало аналогичное изделие, закрывавшее устье «колодца» со скорченным захоронением. На дне корыта расчищены кости птицы и несколько фрагментов длинных костей мелкого рогатого скота, три околотых горловины сероглиняных ойнохой VIII-IX вв., перекрытые рыхлым золистым грунтом серого цвета. Вокруг жертвенника в слое золистого грунта обнаружено несколько десятков стенок и профильных обломков красно-и коричневоглиняных средневековых ойнохой различных типов.

Сопровождающие детские жертвоприношения каменные жернова и корыта, разбитые ойнохои, целые туши домашних животных или их части, видимо, были характерными атрибутами каких-то обрядовых действий, смысл которых в целом далеко еще не ясен.

Юго-восточный ритуальный комплекс

Юго-восточный комплекс включал в себя грунтовые ямы 120, 108, котлованы 1-4, несколько обширных по площади перекопов (рис. 7, 12). Здесь были найдены не только ритуальное захоронение расчлененных младенцев, но и собак, а также остатки поминальной тризны.

В яме 120 обнаружены останки пяти детей, костяки двух собак21, две амфоры, в яме 108 - несколько амфор, в котлованах - большие сбросы керамического боя средневекового времени, в перекопах –локальные скопления костей крупного рогатого скота.